Серия книг Настоящие мужчины / Елена Грасс

– Я всё бросила дома: родных, друзей – и переехала к тебе, а ты так со мной поступаешь! – размазываю слёзы по лицу. – Я ведь верила, что именно с тобой стану счастливой! Какая же я дура… – Успокойся, малышка. Юль, ну что ты придумала! – Не успокоюсь! Я всё знаю. Ты мне изменяешь! В воздухе после моих слов повисает молчание. – Ну, здравствуйте, приехали! Насочиняла ерунды в своей голове. С чего ты взяла? Ты же знаешь, для меня ты самая лучшая. Сравнил, значит. Ну конечно… – Я всё поняла. Ты живёшь со мной, потому что я удобная во всех смыслах этого слова, да? Сам говорил: вкусно готовлю, хорошо выгляжу… – перечисляю, вспоминая его комплименты. Давид пытается обнять меня и успокоить, а я уже не могу остановить поток слёз и эту истерику. – Где мой паспорт? Я ухожу от тебя и улетаю домой!

– В нашей семье не разводятся! Я не позволю нас позорить! – басит и смотрит на меня суровым взглядом отец. – Если разведёшься с мужем, обратно домой не пущу. Уволю из компании! – перечисляет, давит. – А с маленьким ребёнком тебя никто никуда не возьмёт! В его словах нет ни капли нежности, доброты, тепла. Только привычная агрессия. Смотрю на мужа. Мы договаривались объяснить причины нашего развода отцу вместе, но теперь Илья молчит, отворачивая лицо. – Останешься без гроша! – продолжает. – Устроюсь куда-нибудь на часы работать. С голоду с дочерью не умрём. – Ты привыкла жить хорошо, – ухмыляется отец. – Где денег возьмёшь? – Да, да, подумай, Лада! – поддерживает отца мой муж. – Тем более ты не одна! Я тоже обратно не приму, если вернуться захочешь. А кому ты будешь нужна с ребёнком?!

— Мамочка, — давай поедем жить к папе! Мне у него понравилось! — гладит дочь мою руку. — Он куклу и мишку мне купил! Ника, выразив своё желание, убегает за шоколадкой, а Марк остаётся со мной наедине. — Ну что, подкупил дочь, Филатов? Её, малышку, может, и получится, а меня не купишь! Засунь себе свои миллионы в…! — сдерживаю свою агрессию, потому что Ника может вернуться в любой момент. — Что тебе вообще от меня надо? От нас? — Вас. — То есть — нас? — Сашка, смирись, выбора нет. Вам придётся переехать к нам, — я вижу, что мой бывший муж не шутит. — Ты сумасшедший? — задыхаюсь в шоке от его заявлений. — Я напомню тебе важную деталь: ты ЖЕНАТ! И жена твоя вот-вот родит! — С Кэтрин мы всё решим. Саш, сейчас главное моя дочь и ты. Смотрю на него и не понимаю: он дурак или прикидывается?! — Интересно... И как мы будем жить? Наша дочь, твоя новая жена, ты и я — дружная семья?! Ты совсем, что ли, в своей Америке рехнулся?

– Давай так: Борис даст тебе ещё немного времени, чтобы всё осмыслить. Твой муж сказал, чтобы ты пожила это время одна и, если ты передумаешь подавать на развод, он готов простить тебя. – Что? – переспрашиваю, будто не расслышала. Она повторяет медленнее, словно я тупая и не понимаю сути сказанного: – Он сказал, что готов простить тебя... – Простить меня за что? – За твою резкость, за то, что ты грозила разводом. За то, что ты не приняла его извинений. Ты ведь выгнала его из собственного дома! Задела его эго! А это, знаешь ли, очень задевает самолюбие любого мужчины! ********** Мой изменил мне. Банально? Да! Но я приняла это и готова к разводу. Только как оказалось, понятие идеального развода у каждого из нас – своё. И наши версии категорически не совпадают.

Крёстная подходит ко мне и заставляет смотреть на неё. – Марго, мы с тобой далеки от жизни таких людей, как твой Артур. У них она иная! Я знаю, о чём говорю. Я же принимаю их жён, любовниц, дочерей, подруг и вижу изнанку их благополучия. Там нет ничего святого! Там только договорённости! Слияния активов! Браки по расчёту! А такие, как ты для них только в роли любовницы... И эти любовницы всегда остаются за кадром, в тени. – Я никогда не была его любовницей! – оскорбляюсь. – Знаю. Но это пока он не женат. Если честно, думаю, после женитьбы Артур в итоге предложит тебе остаться в этой роли или… – Что или? – с придыханием спрашиваю крёстную. – Или найдёт причину избавиться от тебя.

– Я беременна, – говорю это застыв на месте. Несколько секунд молчания, а потом удар: – Кажется, ты ошиблась дверью. Иди с этим к своему парню. – Но я с ним не… – начинаю говорить, что я не встречаюсь с ним, но Денис обрывает, даже не дав закончить: – Закрой рот! Это не мой ребёнок, ясно? Опускаю лицо, пытаясь спрятать непрощенные слёзы. Понимаю, что продолжать разговор бессмысленно. Разворачиваюсь, собираясь уйти, но он не останавливается и продолжает унижать меня: – Решила повесить на меня чужого ребёнка? Не получится. – Ладно, сдаюсь. Он действительно не твой. – Что? – замечаю, как растерян. – Что слышал. Я случайно забеременела от бывшего… Деньги нужны. – говорю это в отместку, чтобы ударить по его самолюбию посильнее. По тому, как он сжимает кулаки, понимаю: внутри его рвёт от злости и обиды. А значит – цель достигнута. Мы квиты!

– Моя жена выжгла во мне всё, что так или иначе связано с доверием. Я вообще забыл, что это такое. Казалось, что так надёжнее. Но с Соней... Я сам теперь жду встреч с ней и стараюсь приехать домой пораньше. – А как же контракт? – Я попал в свою же ловушку! – не могу сдержать улыбки. – Не рой другому яму… – Точно! – соглашаюсь. – Слава, мне кажется в твоём случае складывается всё так, как нельзя было даже мечтать. Ты был уверен, что твоего ребёнка никто не полюбит, но всё равно наоборот. Ты был уверен, что женщинам нельзя доверять, но теперь видишь обратное. Не успеваю ответить маме отвлекаясь на звонок. – Вячеслав, извините, что беспокою. Ваша жена вернулась и уговаривает Фёдора уехать с ней…

– Ревнуешь меня? – в интонации голоса Руслана нескрываемое удовольствие. – Вот ещё! – отвечает со злостью дамочка. Но в этой злости я чувствую и обиду, которую она пытается скрыть. – К кому, спрашивается, ревновать? К этой занудной серой мыши? Смешно! – Ты вроде как не в духе, –  недовольно спрашивает мой муж. – Смотри за настроением своей жены, а меня не трогай. Или есть возражения? – Не то, чтобы возражения, – сдаётся Руслан, – но… – Без «но»! Ты ведь надел кольцо не на мой палец. Так что свои замечания прибереги для своей замухрышки. А мне ты никто. Хотя, если память не изменяет, совсем недавно сулил золотые горы.

– Значит, я для тебя временная игрушка? – С чего ты так решила? – искренне удивляюсь такой логике. – Если бы это было так, я бы сейчас был с женой, а не с тобой. – Да, но если бы я была для тебя важна, ты бы горел желанием видеть меня счастливой – А ты несчастлива? – вот так новость… – Лучшие рестораны, шмотки, телефон. Мало? – Да, но я снимаю жильё, и … – Лейла, ты сказала мне что готова занять место моей жены. А моя жена была со мной, когда я был голодранцем. – Вижу, как пожимает губы. Лейла недовольна, но зная мой характер спорить не решается. – Прости меня, милый. Я просто такая ревнивая! Пока ты вчера с женой о разводе говорил, я вся извелась. Испугалась, что ты передумал. И в голову полезли глупости. Посмотри на меня! – Заглядывает мне в глаза, пытаясь поймать взгляд. – Просто скажи, что я важна для тебя. А ещё лучше, докажи это. – Как? – усмехаюсь. – Забери себе квартиру при разводе...

Мой мир – это хрупкое равновесие между работой и материнством. И, кажется, я научилась его удерживать... если бы не одно «но» – бесконечные болезни Алёнки. Вот и сегодня чтобы не брать больничный после бессонной ночи мы вместе снова плетёмся ко мне на работу. Знаю – это плохая идея, но у меня нет выбора. Особенно, если мой босс не против. – Диана, зайди ко мне, – звонит руководитель. – Есть разговор. С тревогой спешу в кабинет, гадая, что же случилось. – Моя компания переезжает. – Поняла… Когда дата увольнения? – Никогда. Вы едете со мной. А дальше босс рисует картину: солнце, песок, оплаченная фирмой квартира... Звучит как мечта! Но я давно перестала верить в волшебство. И, как выяснилось, не зря… Потому что мой босс, щедрый на обещания, забыл рассказать главное...

Филипп больно хватает меня за локоть. – Мне нужен этот контракт, и ты прекрасно знаешь. Не будь дурой, воспользуйся тем, что этот мужик хочет тебя. О себе и своём будущем подумай, если обо мне думать не хочешь! Не сдерживаюсь и с размаха бью ему по лицу. Звонкая пощёчина оставляет яркий след на щеке. Проходит пара мгновений, прежде чем Филипп понимает, что произошло. – Я не придушу тебя за это оскорбление только потому, что ты мне нужна! Не нарывайся, Марина! – рычит мне в губы и смотрит зловеще. – Какой же ты подлец… – Плевал я на твои оскорбления. Выбирай: или его постель, или по миру пущу! Не глупи! У него таких, как ты - не сосчитать. Пару встреч, он развлечётся и забудет о тебе. Но прежде, чем Степан остынет, мне нужен этот контракт! От автора: Друзья! Это история Степана из книги Развод. Я у себя одна.

Ещё секунда, и его губы снова касаются её уха. Он что-то говорит ей, а Лера снова смеётся. Легко, светло, по-девичьи. Каждый её смешок отзывается во мне острой болью и диким, животным желанием вырвать его из рук этого сопляка. — Понравилось, как он прижимал тебя к себе? — спрашиваю её позднее.\ — Он не прижимал. — Брось, хватит изображать из себя невинность. Просто скажи, что я для тебя рылом не вышел. От меня шарахалась, как от огня. От Комлева бегала. А ему, значит, можно тебя лапать? Позволяешь? — Мои пальцы касаются Лериной щеки, и я вижу, как её кожа покрывается мурашками. — Поверь, ты делаешь неправильный выбор. Прекрати ломаться, пойдём со мной и я покажу тебе, что такое опытный мужчина, а не сосунок. Уверен: тебе понравится...

— Это... Таня? — Да. Моя жена. Дамир возвращает снимки, но я не хочу брать их в руки. В его глазах откровенная растерянность. Примерно такая же была у меня самого, когда я увидел фотографии. — И что ты собираешься делать? Я смотрю в окно и не могу ответить на его вопрос. Точнее, я знаю ответ, но сказать не решаюсь. В груди — пустота и одновременно такая боль, что, кажется, сердце разорвётся. — Амир, не руби! Поговори с ней. — О чём? Что она мне может сказать об… этом, — снова киваю в сторону снимков. — Я люблю её. Так люблю, что иногда, кажется, даже задыхаюсь от своей любви. Но после того, что я увидел, понимаю: больше не смогу быть с ней. Эти фото изменили всё. Они показали мне женщину, которую я не знал. — То есть ты собираешься разводиться? — Да. Разводиться, — говорю я твёрдо, хотя голос предательски хрипит. — Но мне этого мало. Я заберу у неё сына.