— Я не знаю, кто вы такой, но вы явно ошиблись. Этот ребёнок — мой. И только мой.
Смотрит на меня так, будто уже выиграл. Делает шаг внутрь, закрывает дверь, а воздух между нами становится тяжёлым.
— Ты носишь моего волчонка, — произносит, и от его голоса мне становится трудно дышать.
Чувствую, как кровь отливает от лица.
— Волчонка? Вы в своём уме? — пытаюсь взять себя в руки.
— Кто вы такой? — мой голос едва слышен.
Он делает глубокий вдох, его взгляд становится мягче, но не менее опасным.
— Я — твой единственный шанс, Иви. Твой… и нашего ребёнка.
— Всё, что касается тебя — моё, — шепчу я, вторгаясь в её пространство. — И теперь ты никуда не уйдешь.
— Опоздал, Дэниал. На два года опоздал.
— Ничего не поздно, если я так решил. Ты исчезла, стерла след. Зачем?
— Чтобы спастись от тебя! — огрызается она, и в её взгляде вспыхивает золото волчицы.
Я сокращаю расстояние до дюйма. Запах… Тот самый, сводящий с ума. Но теперь в нём есть новая нота — теплая, нежная, почти неуловимая. Зверь внутри замирает, озадаченный этим шлейфом.
— Что ты скрываешь, Амели? Почему от тебя пахнет... иначе?
Она бледнеет. Паника в её глазах становится почти осязаемой. Она пытается отшатнуться, но упирается спиной в холодный бетон стены.
— Я тебе ничего не должна, — её голос срывается на шепот.
— Ошибаешься. Ты задолжала мне правду. И я вытяну её из тебя. Ты исчезла, оставив после себя лишь выжженную пустыню, и теперь объяснишь всё. Сейчас.
Я пришла к нему сама. С ледяным спокойствием и чётким планом: одна сделка — и моя семья спасена. Мне была нужна защита для сестры. Ему — фиктивный союз для усмирения акционеров.
Но Илья Волков не из тех, кто играет по чужим правилам. Он посмотрел на меня — и вписал в договор своё главное условие. — Брак.
Я поставила подпись, наивно полагая, что справлюсь. Но чем дольше я ношу его кольцо, тем труднее скрывать дрожь от его прикосновений. Я думала, что поймала его на крючок своим компроматом... Но, кажется, это я с самого начала была его главной добычей.