Серия книг Мои измено-разводы / Этта Гут

— Рада, что могу сказать тебе спасибо вот так, глядя в глаза... — За что? — не понял Миха. Ильза встала, задрала топ, и Миха увидел прямо у себе перед носом смутно знакомый шрам. — Так… Погоди… Помню! Я тогда закрутился. Потом приехал проведать прооперированную девушку, а мне сказали: мол, уже выписалась, почти что сбежала… Так это была ты? — Не узнал? — Проблема медиков, у которых операции на потоке: лиц не помнишь, а вот если рентген или шрам показать… — Миха протянул руку и осторожно погладил уже побелевшую ниточку, рассекавшую совершенную бархатистую кожу. Теплую, нежную… Так бы и приник губами, втягивая в себя запах… В толпе за спиной кто-то выругался восторженно. Ильза отступила, складывая пальцы в выразительный фак, чтобы показать его насмешникам. Ей ответили порцией незлобивого гогота, но Ильзу он уже не интересовал. Она опустила взгляд на смотревшего на нее снизу вверх Миху, а потом вдруг наклонилась и поцеловала его в растерянно приоткрытые губы... *** Хирург Михаил Быстров гонки и особенно нелегальные ненавидит - в юности и сам грешил, но сильно разбился, заработав крепкую фобию, да и после, уже в силу профессии, видел слишком много последствий любви к скорости. Но в его жизни появляется она: девушка на мотоцикле и с кучей проблем за спиной. И спасти ее от озлобленного и алчного негодяя можно только там: на гоночной трассе, под рев моторов...

Задница у любовницы моего мужа была пышной и розовой… Так бы и влупила с оттягом! Хозяйка всей этой «красоты» глянула на меня и заорала: — Убивають! Караууул! Спаситиии! При этом она еще и по-тараканьи засучила ногами, задергала руками, а, главное, на лице у нее проступил такой ужас, что я даже обернулась: нет ли у меня за спиной кого-то кошмарного. Там оказалось предсказуемо пусто, зато в большом ростовом зеркале отразилась я сама: стояла в паре шагов от кровати, на которой мой муж изволил шпилить какую-то девку, и держала в руке топор… Он, кстати и стал причиной моего неурочного возращения домой – давала попользоваться сотруднице, а тут вернуть на место решила… Не вовремя… Не удержавшись от нервного смешка, я проследовала мимо мужа и его лярвы в сторону балкона, где и стоял ящик с отцовскими инструментами, а после даже нашла в себе силы пообещать: — Убивать не буду. Неохота после кровищу отмывать. Но и ты, Максим, уж будь добр,слезь с нее. А то совсем фигово все выглядит. У Лены свой, поднятый ею с нуля бизнес (небольшой, но все же), семья, любовь... То есть, она была уверена, что это чувство со стороны ее мужа взаимно, пока не пришлось разводиться и делись совместно нажитое... И все бы ничего, если бы не богатый наглец, решивший именно в этот момент поиграть с ней в какие-то свои игры.

Насте Бертеньевой восемнадцать. Она только входит во взрослую жизнь. Глебу Китайгородцеву сорок. Он человек жесткий, как и любой крупный бизнесмен. Настя наивна, добра и невинна - подруга не случайно называет ее фиалочкой. Но обманутый кляузой злопыхателя Глеб уверен: она охотница за деньгами. Если бы эти двое, оказавшись в одном небольшом частном самолетике, добрались до точки назначения, все бы, наверно, разъяснилось сразу. Однако на пути у самолета отказывают оба двигателя. Пилоту удается совершить аварийную посадку, но нет сомнений: кто-то хочет убить магната и промышленника Глеба Китайгородцева.

Прямо накануне свадьбы Петре изменил жених, после еще и обвинив ее же в своей измене: мол, нечего было носиться со своей невинностью, тоже мне ценность, чтобы ее так трепетно хранить. Выбираться из последствий этого предательства оказалось сложно. Но Петра смогла. А тут еще и кто-то подарил ей на день рождения абонемент в дорогущий медицинский центр — на курс массажа и прочих приятных процедур. Уже неплохо, но ведь проводить все это, как выяснилось, намерен мужчина, от одного вида которого с Петрой начинает происходить что-то никогда ранее не испытанное, но однозначно волнующее.

Муж изменил мне с моей подругой, которая от него еще и беременна. Да и не просто изменил: выяснилось, что с самого начала наш брак для него был лишь возможностью провернуть финансовую аферу. Что ж, тогда и я заключу сделку, выгодную уже мне: разведусь, а потом рожу малыша только для себя. Современные технологии позволяют сделать это так, чтобы не пришлось иметь прямой контакт с этим кобелячьим племенем изменников! Главное верно выбрать донора с набором хороших генов. Одного… Или двоих на случай, если первый откажет… Что? Они, оказывается, братья, и у них имеется свой вариант решения моей проблемы?!

Рюкзак тяжело грохнулся на пол. Сонечка отскочила от моего мужа, одновременно запахивая на груди халатик с фирменным логотипом нашего с Лёшей салона красоты. Сам он тоже было шарахнулся, но потом распрямил плечи и вскинул голову: — Вот только давай обойдемся без сцен! Иди домой, там поговорим. Незачем твоими истериками клиентов отпугивать. И вообще: подумаешь, немного с Сонькой пообжимался… И это его «подумаешь» наконец-то пробило в вакууме, все это время душившем меня, какую-то дыру. Брешь, через которую в легкие начал поступать воздух, а главное, мысли в голову. — А если я сейчас пойду и тоже с каким-нибудь парнем пообжимаюсь? Ну… немного? Это тоже ничего? Тоже «подумаешь»? *** Филомена… Ну да, вот так повезло нашей героине с имечком и отцом-греком, которого ее маменька повстречала как-то на курорте, да больше никогда в и в глаза не видела. Так вот! Филомена (а для своих просто Филя) уходит от изменившего ей мужа. Уезжает с чемоданчиком вещей и с грудным ребенком на руках из Москвы обратно на родину – в небольшой поселок городского типа. Думала, в купе поезда просто будет спать, но там ОН… И вот ведь какая штука: после этой ночи так ей и не представившийся мужчина, с которым, если честно, было очень хорошо, начинает ее буквально преследовать, при этом утверждая, что это сама Филя не дает ему прохода. Неужели действительно случайности? Или на самом деле они… не случайны?

Лёшка всегда привлекал к себе женское внимание. И фигурой атлета, и ростом, которым бог его совершенно точно не обидел, и мужественной красотой лица. Молодой сероглазый бог с копной русых волос и невероятной зажигательной улыбкой… Да, он привлекал, но я-то была уверена, что Лёшка только мой и больше ничей, что и он считает меня своей единственной, встречу с которой еще в школе можно было бы безо всякого преувеличения назвать судьбой. Он всегда был рядом! Но, как неожиданно выяснилось, не только со мной… — Прости, Катёна, дерьмово вышло, — сообщил он мне тем кошмарным утром, — но Ира беременна от меня. — Что? — ничего не понимая, переспросила я. — Какая… Ира? В смысле… беременна? Тогда-то я и узнала, что там, в армии, в одной из увольнительных, он мне изменил. — Пьяный был, если честно, Катён. Люблю только тебя. Но теперь она в положении, и я… — тут он вдруг встал передо мной на колени, склоняя голову. — Прости меня, идиота, но я не могу оставить ребенка безотцовщиной. *** Когда-то я очень его любила, но он мне изменил. А тут прямо перед свадьбой дочери я узнала, что ее жених - сын моего бывшего. Может, и хорошо, что ЗАГС, в котором должно было состояться бракосочетание, сгорел?..