– Боже, какая безвкусица! – противным голосом тянет Вероничка, стягивая галстук с шеи моего мужа, – Твоя жена в этом ничего не понимает!
– Не тебе судить, – рычит Антон, но расстегивать свою рубашку позволяет.
– Уж поверь, – мурлычет она, – Я много знаю о галстуках, – она мерзко улыбается, и наматывает мой подарок себе на запястья, призывно выставляя руки перед моим мужем.
Я была послушной женой красивого, успешного, богатого мужчины. Я была уверена, что живу в сказке. До тех пор, пока однажды не пришла к нему на работу без предупреждения...
Между столов слышится какая-то возня, сопение и тихий смех.
Вдруг на меня наезжает офисное кресло!
– Ой! – взвизгивает девчушка лет пяти, которая сидит в нем.
– Ой! – вторит ей мальчишка, который его толкает.
Мальчишка… Почему-то не могу отвести от него глаз. Он кажется до боли знакомым.
Такой смешной и… гордый. Прям как… Прям как я на той фотографии.
У меня по спине вдруг бегут мурашки.
Это же невозможно.
Чьи вообще эти дети?
– Я вас просила тихо посмотреть мультики! – слышу взволнованный голос справа от себя и проваливаюсь в тьму. Поворачиваюсь, смотрю на мать, этих детей и давно забытая боль захлестывает меня..
История о настоящей любви, которая была предана. Вот только кем?
– Егор, я ничего не понимаю, зачем мы здесь? – он так странно себя ведет, что я начинаю нервничать.
– Сейчас все увидишь, – у мужа блестят глаза от возбуждения.
Нам выносят крохотный спеленутый кулек.
– Вот, мамочка, папочка, встречайте!
– Егор, – у меня подкашиваются ноги. живот завязывается в узел, – кто это?
– Маш, – мой муж смотрит на меня взволнованно, потому оборачивается к медсестре, берет ребенка, – Это наш сын…
Последние несколько лет я мечтала о том, чтобы у нас с мужем появился сын. Но, Боже... Почему же так?
-- Позвольте представить, лучший хирург нашего отделения, Захарский Марк Александрович...
В палату пружинящим шагом входит молодой энергичный мужчина. Рукава халата едва прикрывают его дерзкие татуировки, в ухе серьга, виски почти выбриты. Он отрывает цепкий, колючий взгляд от планшета и замирает, глядя на меня.
Мое сердце пропускает удар.
– А… – понимаю, что вместо моего голоса звучит сдавленный хрип, откашливаюсь. – А можно нам другого врача?
Когда-то он подло бросил меня. А теперь от него зависит жизнь нашего сына....
– Порыбачить? – удивленно смотрю на двух наглых мальчишек.
– Кто больше! – шмыгает носом Сашка.
Ха! Они что, решили меня "на слабо" развести? Не выйдет!
— Отлично, — улыбаюсь им во все тридцать два зуба, — только надо спросить у вашей мамы.
– К нашей маме нельзя! – тут же спохватываются мальцы. – Она работает!
– Мне – можно, – отрезаю уверенно. – Она на меня работает.
Та-ак… Где тут эта бесценная сотрудница, которую мне так нахваливают? Меня уже самого любопытство разбирает.
– Мама! – вдруг кричат близнецы и весело машут руками кому-то за моей спиной.
Оборачиваюсь, и дыхание замирает в моей груди колючей ледяной пылью. Во рту появляется горечь.
Та, кого я любил больше жизни. Та, что изменила мне. Предала.
Смотрю в ошарашенные глаза побледневшей женщины.
–Мама? – переспрашиваю не веря своим ушам. – Ты?..
- Итак! — мужик нетерпеливо смотрит на свои дорогущие часы, — У нас скоро свадьба! Поехали!
– К-куда? Какая свадьба? – у меня аж сердце в пятки.
– Хочешь спасти девочку от детдома – собирайся! У тебя двадцать минут!
Мы с сестрой просто хотели пошалить, а теперь меня ждет фиктивный брак с богатым незнакомцем.
– Это же просто преступление! Кого вы хотите вырастить? Маугли? Ее развитием надо заниматься!
– Отлично! Ты и займешься!
– Что?
– Будешь жить здесь и заниматься с моей дочерью.
– Но, позвольте!
– Ты никуда не уйдешь из этого дома!
Я должна была стать сельской учительницей, но случайно попала в странный дом на отшибе.
– Василис, – он вдруг становится абсолютно серьезным. – Давай начистоту, – вздыхает. – Такой ассистентки, как ты, мне сейчас не найти. Если ты сейчас уйдешь, я этот проект не вытяну просто физически. И фиг бы с ним с отцовским капризом, но там же уже люди наняты, проект запущен. Ну! – смотрит мне в глаза. – Официально это называется репутационные потери, а неофициально, кучу людей кинуть! И все только потому, что тебе не нравится, как я целуюсь!
– Мне нравится, – топаю ногой. – Но.
Черт!
Черт! Черт! Черт!
Эх, кто бы знал, как я однажды вляпалась!
– Алеся, прекрати нести чушь! Если хочешь, я оплачу лечение твоего сына, только не…
– Мне не нужны деньги! – она, ничего не стесняясь, кричит. – Мне нужен ты! Алан, хочешь, я заплачу тебе? Скажи сколько! Я продам квартиру, возьму кредит! Все, что хочешь, Алан, – и тут Алеся падает передо мной на колени. – Только умоляю, сдай анализы.
Женщина, которую я любил больше всего на свете, предала меня. Я вычеркнул ее из своей жизни, но она появляется вновь. И просит не денег или любви. Она просит меня спасти сына. Ее? Нашего?
Мамочки! Нет! Только не это! Ну почему же все валится из рук? И почему именно сейчас?
Я справлюсь! У меня просто нет другого выбора, я обязательно справлюсь!
“Дзинь” – до противного весело звякает колокольчик на двери моей пекарни..
Проверка?
Ой… Нет…
Хуже…
Замираю… Медленно оседаю на стул… Все. Все кончено.
Это он.
Он меня нашел.
– Лёля! – окликает меня мужской голос, который я когда-то очень любила, а сейчас очень боюсь услышать. – Ольга! Стой!
В смысле? Что? Как? Он? Почему?
Замираю.
– Арс… – смотрю на него во все глаза, а у самой поджилки трясутся.
Он меня искал? Специально? Сейчас девчонок увидит! Он совсем не дурак! Сразу все поймет! И что я с этим буду делать? Мало мне проблем в жизни?
– Оля, – он подбегает ко мне, и тут его взгляд опускается на коляску. – Лёля… О! Круто! – расплывается он в довольной улыбке. – Даже уже дети есть!
Ночь, улица, фонарь, аптека…
Блин, какая аптека?
Нет тут никакой аптеки!
И с фонарями туго.
Я плетусь по пролеску от электрички в деревню.
Наивная городская дура, решила, что девять вечера для зимы – это совсем не поздно!
Шагаю почти на ощупь, покачиваюсь и вдруг слышу:
-- Стой! Стой, зараза, кому сказал! Все равно ведь догоню!
Сердце уходит в пятки! Я ускоряюсь, пытаюсь обернуться, но не видно ни зги!
Бегу на слух! От голоса!
Ну как бегу... Быстро шагаю...
Вот, тут должен быть поворот, вот... И...
Врезаюсь в широкую мужскую грудь!
– С Новым годом! – ору, напрягая уже охрипшее горло. – С наступающим!
Счастливого Нового года!
Я сегодня Дед Мороз. Как и в прошлом году. Как и два года назад, как и…
– Деда! – вдруг окликают меня снизу.
Ух ты!
Не заметил!
Малявка едва ли мне по пояс.
– Какая хорошая девочка! – лезу в мешок.
– Дедуль, – у девчушки вдруг озорно блестят глаза, – мне не нужны подарки! Мне нужно, чтобы ты поздравил мою маму!
Каждый год я раздаю подарки. Но в этом году главным подарком стану я сам.
В моем доме незваный гость! Ни я, ни он не понимаем, как он сюда попал. Я хочу лишь одного, чтобы он быстрее отсюда убрался. Он почему-то медлит. И рада ситуации лишь моя дочь. Наша с ним дочь.
– Сейчас все поправлю, -- морщусь, убирая мокрое, -- Извини, Лялька решила, что ты грабитель. Прости уж мою дочь.
И тут Женька резко дергается.
-- Как ты сказала? Дочь?