Книги автора Andy Dark

— Скажи, что ты этого хочешь, — хрипло попросил я, нависая над ней и прижимая к кухонному столу. — Мой мужчина тебе доверяет, — выдохнула она, глядя мне в глаза с отчаянным вызовом. — Твой мужчина оставил тебя здесь. Он идиот, Агния. И я сделаю так, чтобы ты не смогла даже смотреть на него сегодня. Герман доверил мне самое дорогое — свою будущую невесту. Он уехал в город решать проблемы бизнеса и оставил нас вдвоем в глухой деревне, будучи уверенным в надежности лучшего друга. Он ошибся. Дикая жара, закрытое пространство и ненависть, за которой с первой минуты скрывалась первобытная, грязная похоть. Мы сорвались. Мы перешли черту, за которой нет прощения. И когда он вернется, наши прежние жизни будут уничтожены навсегда. В тексте есть: одержимость, измена, предательство, очень откровенные и жесткие сцены. ХЭ (хэппи-энда) в классическом понимании нет.

— Ты специалист, я клиент. Так у вас в диспансере говорят? — Руслан перекрывает дверной проём плечами. — Я плачу за сеанс. Только сегодня разминать будешь не ты. — Руслан, пусти... — (Не) раздевайся сама, доктор. Стой смирно. Или я сниму этот свитер вместе с твоей шеей. Считаю до трёх. У Руслана — пожизненный бан в боях без правил, сломанный череп соперника за плечами и мышечный спазм вдоль хребта, от которого он не спит сутками. У меня — сорок девять килограммов веса, диплом спортивного реабилитолога и мать на аппарате диализа, чьи фильтры стоят дороже моей жизни. Он запер железную дверь подвального зала изнутри. Он швыряет на татами пачки наличных с пятнами чужой крови. Я должна была бежать после первой же смены. Но когда сто восемь килограммов глухого, спазмированного веса вдавливают тебя в настил — нормальный мир перестает существовать. В книге: • Колоссальная разница в габаритах (Size difference: 108 кг против 49 кг) • Очень откровенный, грубый и жесткий секс (18+ / NC-17) • Опасный, физически тяжелый герой с ПТСР • Слом границ, подчинение и адреналиновая зависимость • Криминал, подпольные бои и вынужденное соучастие • Однотомник

— Нейтральные воды кончились, дворянка. Руки из муфты. — Это частная собственность, господин дознаватель! Вы не посмеете... Ян Остророг даже не повысил голоса. Короткий рывок — и его пальцы сомкнулись на моем запястье железным капканом. — Твой брат проиграл тебя не шулерам, Эвелина, — выдохнул он мне в губы, прижимая к ледяной гранитной стене. — Он подписал закладную мне. И сегодня я проведу полный личный досмотр. Меня бросили в трюм, как контрабандный овес. Единственное спасение от виселицы — реестр, спрятанный в подкладке платья. Единственный человек, который может закрыть на это глаза — безжалостный дознаватель седьмого приказа, чье имя боятся произносить даже коменданты. Он не передаст меня трибуналу. У него на меня другие планы. И цена моей жизни — абсолютное подчинение его воле. 🔥 В книге вас ждут: Властный, опасный и непреклонный дознаватель Гордая аристократка в безвыходной ловушке Допрос с пристрастием, ломающий сословные барьеры 18+ Тайны погибшего брата, интриги империи и погоня в шторм Острый троп: от ненависти и страха — к одержимости Однотомник в серии «Dark Romance»! ХЭ гарантирован ❤️

— Ты сними свитер, — сказал он, даже не глядя на меня. — От него воняет мокрой собакой. — Не сниму. Под ним ничего нет. Вадим замер, медленно опустил паяльник на стол и наконец повернулся: — Смирнова, ты на лестнице перемерзла или напрашиваешься? Я всего лишь вышла вынести мусор в ноябре под ледяной ливень. Дверь захлопнулась, ключи и телефон остались внутри, а слесарь из аварийки пообещал приехать только к утру. Единственным спасением оказался сосед снизу — угрюмый аспирант в вечных наушниках, который никогда не здоровается в лифте и слушает тяжелый металл по ночам. Он пустил меня погреться. Выдал колючий свитер до колен. Разрешил переждать на старом скрипучем диване. Мы должны были просто дождаться рассвета и сделать вид, что незнакомы. Но когда между нами захлопнулась кухонная дверь, скрипнул советский стол, а его горячая ладонь легла мне на бедро, стало понятно: рассвет мы встретим совсем иначе. И если он сейчас остановится — я закричу первой.

— Твой брат свалил, а долг повис на этой конуре. Триста тысяч нашими деньгами, Дерябина. — У меня две смены на кассе и пустые карманы, Савва! Мне нечем отдавать! — Значит, отрабатывать будешь собой. Прямо здесь. Без лишних соплей и жалости. Мой брат вскрыл чужие гаражи, забрал чужой товар и исчез, оставив меня на растерзание кредиторам. А Савва Корбут не из тех, кто слушает оправдания и дает отсрочки. Он тяжелый, опасный, пахнет гарью и привык забирать причитающееся силой. У меня не осталось денег, связей и права на побег. Теперь моя жизнь принадлежит ему — человеку, которого я ненавижу каждой клеткой тела, но от прикосновений которого плавится разум.

— Твой отец продал тебя десять лет назад, куколка. Ты стоишь ровно четыреста миллионов евро. С этого момента ты принадлежишь мне: твое тело, твое имя, твоя воля. — Я скорее сдохну, чем стану твоей вещью, Крейн. — Ты сдашься мне сама. И умолять о том, чтобы я прикоснулся к тебе… будешь ты. Вся моя жизнь была выверенной иллюзией. Дочь титана банковского сектора, балетное прошлое, фарфоровое украшение светских раутов столицы. Иллюзия раскололась за один вечер, когда за мной пришел Дамиан Крейн — теневой ликвидатор синдиката, человек без биографии, стирающий целые фамилии щелчком пальцев. Отец бросил меня на плаху ради спасения собственной шкуры. Брат продал за три процента от украденного фонда. Дамиан запер меня в своем бункере, намереваясь вытравить из меня гордость и переплавить в послушное оружие. Он думал, что купил хрупкую игрушку для контракта. Но разбив фарфоровую оболочку, он выпустил на свободу хищницу. В войне, где на кону сотни миллионов и чужая кровь, выживет только один — и сдаваться я не намерена. 🔥 В тексте есть: Властный, опасный и одержимый герой Брак по расчету / фиктивный брак Сильная, ожесточенная героиня с характером От ненависти до болезненной страсти Жесткое противостояние на грани фола Обязательный ХЭ (хэппи-энд)

— Пусти, Сабуров. Сменщик придет — у меня в журнале чисто должно быть. — Никто сюда не придет, Марта. Трассу перемело, генератор сдох, а батареи к утру льдом возьмутся. Он не стал слушать. Шагнул в полумрак диспетчерской, загораживая выход широкими плечами в промасленном бушлате. Его жесткие, заскорузлые ладони сжали ее талию сквозь свитер: — Тяжелая... Наливная. Как свинец. — А ты тощий, как фанера, — процедила она, глядя ему в глаза. — Сломаешься. — Не сломаюсь, — выдохнул он ей в губы, вжимая в край холодного казенного стола. — Куртку скидывай. И свитер тоже. За окном минус тридцать, аварийный дизель захлебнулся, а видеокамеры ослепли. В промерзшей до звона диспетчерской грузовой базы остались только двое: суровая Марта, привыкшая держать в кулаке водителей и графики, и нелюдимый механик Сабуров, который слишком долго смотрел на ее тяжелые бедра . Никаких красивых слов. Никаких обещаний на утро. Только скрип старого топчана, обжигающий пар на двоих и глухая, первобытная страсть на всю ночь бурана. 🔥 В книге вас ждут: Нетипичная, крупная, фигуристая и характерная героиня (плюс-сайз) Грубый, немногословный рабочий мужик и животное притяжение 18+ Запертые бураном в неотапливаемой диспетчерской Острый реализм, тактильность и колоссальный телесный накал ПОЛНЫЙ ТЕКСТ СРАЗУ! Завершенный однотомник всего за 55 ₽

— Твой допуск аннулирован, Лика. Живой со станции уходит только носитель данных. — А я? — А ты идешь со мной. В качестве платы. Орбитальный комплекс «Транс-Гелиос» гибнет в огне зачистки, а единственный шлюз к спасательному челноку перекрыт наемником. У Хорвата прямой приказ руководства корпорации: уничтожить свидетелей и забрать черный ящик. Я знала, что ликвидаторы не оставляют за собой живых. Но вместо выстрела в затылок он защелкнул на моем запястье страховочный трос. Теперь я — его добыча в мертвом металлическом лабиринте. Чтобы выжить среди падающего давления, радиации и чужих пуль, мне придется принять его условия. И научиться подчиняться силе, которая сдирает кожу вернее вакуума.

— Пальто на вешалку. Обувь сними. Низ освобождай полностью. Ложись на кресло, — произнес он, не оборачиваясь. — Вы… вы доктор Герман? Я пришла за документами отца! Металлический рычаг смесителя встал на место со стуком. Он натянул латексные перчатки и медленно повернулся ко мне: — Твой отец подписал залоговый акт, Алина. Ты — обеспечение долга. А я проверяю целостность залога. Раздевайся. Бронированная дверь элитной клиники захлопнулась, отрезая меня от внешнего мира. Здесь не действуют законы и человеческие права. Здесь правит доктор Герман — безжалостный хирург криминального синдиката, привыкший вскрывать чужие тайны и ломать чужую волю . Я должна была стать платой за чужие грехи. Но для него я стала личной клинической одержимостью . Он собирается провести полный досмотр тела и разума — без анестезии, без пощады и до самого дна . 🔥 В книге вас ждут: Холодный, властный и циничный хирург-доминант Беззащитная героиня в роли долгового залога Острый медицинский антураж, осмотр на грани фола 18+ Бескомпромиссное принуждение, адреналин и подчинение Спин-офф бестселлера «(Не) раздевайся, доктор» (самостоятельная история, ХЭ)

— У вас пять минут, чтобы выйти за ворота, — мой голос не дрогнул, хотя пальцы за спиной сжали бронзовый нож. — Вы в чужом доме. Рустам поставил стакан с виски моего мужа и медленно снял пиджак: — Глеба больше нет, Марта. От твоего покойника осталась только воронка от пластида под днищем «мерседеса» и долги, по которым он не успел закрыть счета. Он шагнул ко мне, сминая дистанцию своими тяжелыми плечами: — Дом переписан на меня. Бизнес переписан на меня. И ты, девочка в траурном кружеве, теперь тоже числишься на моем балансе. Нож брось. И платье снимай. Мой муж был криминальным королем города, пока его не разорвало на куски в собственной машине . В день похорон в мой особняк вошел тот, кто заказал его ликвидацию — Рустам, беспощадный хищник, не знающий жалости и сострадания . Он забрал всё. Но больше всего ему нужна я — сломленная, гордая и беззащитная вдова его злейшего врага . Чтобы выжить, мне придется опуститься на колени, надеть его ошейник и принять правила игры, в которой нет места правилам . 🔥 В книге вас ждут: Опасный, брутальный и бескомпромиссный криминальный авторитет Гордая молодая вдова в черном шелке Разница в силе, захват власти и месть на грани одержимости Предельно откровенная жесткая эротика 18+ ПОЛНЫЙ ТЕКСТ СРАЗУ! Завершенный роман за 79 ₽

— Ты сделаешь для меня полный аудит этого обрушения, девочка. Вывернешь своего ненаглядного жениха наизнанку так, чтобы он сдох на пожизненном. А взамен... я оставлю тебя в живых. И дам имя, к которому ни одна сука в этом городе не посмеет прикоснуться. — Какое еще имя?! — я задыхаюсь от запаха пороха и свежей крови, исходящего от этого чудовища. — Мое. Завтра утром ты выйдешь за меня замуж. Официально. По уставу холдинга жена начальника безопасности обладает абсолютным иммунитетом от ареста. Жених, которому я доверяла ключи от дома и чертежи, цинично подставил меня: повесил на меня взрыв портового терминала, гибель троих рабочих и сфабриковал уголовное дело, закатав в бетон имя моего покойного отца. На меня объявлена охота на поражение. Единственный, кто выдернул меня из-под огня — Руслан Дробышев по кличке Дрозд. Человек с выжженными эмоциями, пугающим прошлым и тяжелыми кулаками, которого до смерти боится все руководство порта. Он предлагает сделку: фиктивный штамп в паспорте в обмен на мою подпись под независимой экспертизой. Но оказавшись за его каменной спиной, я слишком поздно понимаю: этот опасный зверь спасает меня не ради благородства. И отпускать на свободу он меня не намерен...

— Полфунта чистого печеного серебра, Карп. Мне нужны две банки щелочи для легких и три фильтра. В горле уже клокочет сера. — Приема нет, Шкворень. И щелочи нет. Горная Палата опустила аварийные шлюзы. Насосы глушат. Через пару часов в шурфы пустят кипящий шлам, чтобы заживо сварить всех, кто видел прорыв серного пласта. — Значит, нижние горизонты запечатаны? — Хуже. За твою голову пристав Верес пообещал годовой паек муки и чистую воду. Так что бросай железо. Каратели заберут тебя живым. Если повезет — сразу сломают шею, чтобы не хрипел. Освальд сплюнул черную сукровицу на чугунный настил и перехватил лезвие тяжелого клинка: — Не повезет. Котловина — многоярусная подземная цитадель-рудник, где человеческая жизнь ценится дешевле пуда свинцового шлака. Здесь суставы собирают на медных скобах, легкие сгорают от медной чахотки, а смертельную боль глушат запрещенной алхимической «черной вываркой». Когда карательный трибунал решает замуровать нижние ярусы вместе с каторжниками и их семьями, у искалеченного забойщика штрафной роты не остается выбора. Чтобы вытащить сорок шесть обреченных на морозную мерзлоту плоскогорья, Освальду по кличке Шкворень придется пробить дорогу снизу доверху — сквозь доменный ад, своры слепых рудничных волкодавов, штурмовые щиты и картечные заслоны.

— Твой дед был мудрым человеком, Соня. Он двадцать два года держал тишину и называл это порядком. — Мой дед тридцать семь лет прятал улики в сейфе, пока вы забирали себе гектары леса за каждую пропавшую девушку. — В провинции закон — это баланс, девочка. А те четырнадцать... скажем так, они были простым контингентом. Их некому было искать. — Одна из них выжила. И прямо сейчас подписывает показания у нотариуса. — Ты совершаешь смертельную ошибку, адвокат Рыль. Охотники в Черноводске не привыкли, чтобы дичь диктовала условия. А сезон на тебя только что открылся. В сейфе только что умершего деда — начальника районного отдела милиции — столичный адвокат Соня Рыль находит зашифрованную книжку с датами закрытия дел и предсмертную записку: «Не ищи. Уезжай». Дед рассчитывал, что она испугается. Но Соня остаётся. Вместе с опальным следователем Артёмом Черных ей предстоит сломать систему, которая почти сорок лет безнаказанно открывала в черных лесах сезон охоты на живых.

— Дверь на задвижку закрывай, ладно? — глухо бросил он, натягивая сбившийся узел полотенца на бедре. — Там нет задвижки! — выкрикнула я в темноту коридора. — Там дыра от шурупа! Я была уверена, что сняла изолированную комнату в старом фонде, пока ночью в совмещенный санузел не ввалился хозяин второй половины квартиры. Два метра неотесанных мышц, мокрые плечи и зубная щетка, упавшая прямо в мыльную воду у моих босых ног. Он должен был молча развернуться и выйти. Вместо этого Родион уставился на мои дурацкие шорты с лимонами, багровея кончиками ушей. А наутро на кухне, пахнущей машинным маслом и растворимым кофе, прижал меня к холодильнику и озвучил сделку: — Списываю аренду за полгода вперед. Но в воскресенье ты едешь со мной на юбилей клана Звонарёвых в статусе моей невесты. И делаешь вид, что без ума от меня. — А если откажусь? — Тогда сама ставь шпингалет. И надейся, что петли выдержат. Проблема в том, что притворяться влюбленной перед его въедливой родней оказалось легко. Гораздо сложнее — возвращаться в тесную квартиру, где за тонкой гипсокартонной стенкой слышен каждый его тяжелый вдох.