Шаг. Ещё шаг. Подхожу вплотную. Она дёргается, пытается вскочить, но не успевает.
— Мразь! - со всей дури отвешиваю оплеуху. - Совет вам да любовь. Уроды!
Рывком смахиваю контейнер на пол.
Холодец шлепается на плитку, жирные брызги летят на тапки любвницы, на ножки стола. Запах становится тошнотворным.
— Ты с ума сошла?! — визжит она, вскакивая. Лицо красное, в глазах страх.
— Не провожай, — бросаю через плечо, уже направляясь к выходу. — Ты уже проводила. И совесть, и честь. А теперь вот ещё и холодец.
И тут слышу тихий, сдавленный голос моей Лены за полуоткрытой дверью служебной комнаты:
— Если ты не скажешь ей, я скажу. Серьёзно, пап.
Я замираю. Превращаюсь в слух.
— Лена, не сейчас. Ну что ты…
— Не сейчас? А когда? На серебряную свадьбу? — её шёпот дрожит. — Я не могу молчать. Мне противно, понял? Я тебя люблю, но маму жаль. Она не заслуживает такого.
Мурашки бегут по спине, будто кто-то провел по ней льдинкой. Я не слышу всего, но слышу главное.
— Лена… всё не так просто.
— Всё просто. Ты просто… подонок.
– Знакомьтесь! Моя подруга Лидочка и ее дочь Виолетта - первая любовь моего Динечки! Ой, такая пара красивая была, такая любовь! Мы все думали, что они поженятся! - радостно объявляет свекровь, представляя вновь прибывших гостей.
Что она сказала? Первая любовь? Моего мужа? Да уж, такого я даже от свекрови не ожидала!
- Она сказала, что беременна от тебя! - выкрикиваю я ему в лицо.
- Она врет! - голос мужа холоден как арктический лед.
- Вчера я снова видела вас вместе, ты обещал больше не работать с ней! Ты мне обещал, Андрей!
- Ты лучше на свое поведение посмотри! Закатываешь мне истерики, а сама...Все, я ухожу. Мне это надоело! - Андрей уходит, громко хлопнув дверью.
То есть изменяет он, а виновата я?
— Это Бублик, — говорю я. — Нашла его в переулке. Там минус пятнадцать, он сидел один, я не могла бросить.
— Вика. — Антон закрывает холодильник, аккуратно, как всегда. — Ты же знаешь, что я не люблю собак.
— Антош, он маленький. Он не страшный. Даже не лает.
— Я не боюсь. — Он проходит в комнату, садится на диван — Просто мне некомфортно, ты же знаешь. Они…они грязные и воняют!
— Но этот чистенький и пахнет хорошо! - я отчаянно хочу защитить малыша. — И потом…
— Ань, подожди! Ты не так всё поняла! — враньё звучит настолько топорно, что мне хочется засмеяться.
Выглядит жалко, глаза бегают, весь красный. Тьфу, а не мужик.
— Объясни, что именно я не поняла? — шиплю я, замечая за его спиной Ангелину.
Она прижимает к груди своё платье, и её губы кривятся в вызывающей ухмылке.
— Ты зачем здесь? — бросает она, будто я нарушила ее планы, - ты здесь лишняя! Уходи!
Всё внутри взрывается. Ее ухмылка добивает, смывает все стоп сигналы.
Я не помню, как оказалась рядом. Только её волосы в моих пальцах, её визг, запах её духов (те же, что дарила я на прошлый Новый год).