Книги автора Nikolay Simkin

В Республике почти у всего есть владелец: у шахт и верфей, у маршрутов и технологий, у Эфирного дистиллята — и порой даже у человеческой жизни. Кайлен привык выживать в таком мире и не задавать лишних вопросов. Но встреча с Лирой, мюридской Ткачихой, способной видеть нити Эфира там, где человек видит лишь металл и руны, приводит его к находке, которую слишком многие предпочли бы уничтожить или присвоить. Старый корабль, получивший имя «Обсидиановый Ворон», собирает на борту людей и нелюдей, не имеющих причин доверять друг другу. Их ведут личные долги, пропавшие друзья, чужие тайны и надежда выбраться живыми. А где-то среди заброшенных систем просыпается программа, созданная задолго до них. Она ещё помнит своё предназначение. Проблема в том, что никто не знает, какое место в нём отведено живым.

Вавилон, 323 год до н. э. Александр должен умереть. Но утром жар отступает. Один лишний рассвет меняет историю. В Македонии Антипатр ждёт новых приказов. Тысячи ветеранов Кратера идут домой. Афины готовятся воспользоваться смертью завоевателя. Военачальники, царские жёны и люди дома Аргеадов знают: достаточно одной плохой вести, чтобы огромная держава начала распадаться. Но Александр жив. И теперь ему предстоит сделать то, чего он никогда прежде не делал: удержать завоёванный мир не новой победой в битве, а решениями, которые должны работать за сотни и тысячи стадиев от него. Греция ещё может восстать. Вопрос наследника не решён. Аравия по-прежнему манит Александра на юг. Старые полководцы остаются слишком сильными, чтобы быть просто исполнителями. История уже свернула с известного пути. Но никто из живущих в ней ещё не знает — куда.

В семьдесят пять лет Михаил Корнев — крупный специалист по кибернетике, вычислительным системам и математической экономике. А потом он просыпается тринадцатилетним. Москва, 1 марта 1964 года. Седьмой класс. И родители, которых не было в его жизни почти полвека, снова живы. В голове у Михаила шестьдесят два года опыта, но не энциклопедия будущего. Память ошибается, готовых схем нет, доступа к технике и научной среде тоже. Чтобы добраться до настоящей науки, придётся начинать со школьной доски и доказывать всё результатом. А люди 1964 года вовсе не обязаны быть глупее человека из будущего. Михаил получил шанс изменить историю. Но сначала ему предстоит не повторить главную ошибку первой жизни — снова не отложить самых близких на потом.