Книги автора ДОМИНАТРИКС

Я не хотела замуж за папиного лучшего друга. Жизнь заставила. Он решил все мои проблемы, и мне даже казалось, что я его люблю. А потом появился Костя, его сын, и у меня снесло крышу от дикой, запретной страсти.

“Доктора”Хауса видели? Так мой начальник еще хуже. В плане характера, конечно. А внешне он весьма хорош. Ладно, кого я обманываю… Руслан, свет отечественной, хирургии, Игоревич – харизматичный мачо, перед которым все женщины стелятся ковриками. Ну вы поняли, невероятно привлекательный мерзавец к синдромом бога. И я его ординатор, которую он люто невзлюбил. И вот, во время ночного дежурства, когда в отделении остаемся только мы, я с удивлением обнаруживаю, что это не ненависть между нами, а совсем иное напряжение. – Что вы делаете? – кислород хлопком выходит из легких, когда Максимов закрывает дверь своего кабинета на ключ. – Ты накосячила, Терлецкая, – берет со своего стола железную линейку и шлепает себя ею по раскрытой ладони. – Больно, но по другим местам – нормально. Иди сюда, буду учить делать катетеризацию по-человечески, неуч!

Мой босс – еще тот гад. Самый беспринципный адвокат, которого только можно купить за деньги. Маму родную продаст и обратно не выкупит. – Снимай их, Синица, – заявляет он, выскочив из следственного изолятора. – Чего? – не врубаюсь я, обалдев от такого предложения. – Белье снимай, говорю, – повторяет уже с нажимом. – Этот придурок говорить отказывается, пока я не принесу ему то, что продают обычно японские девахи! Я ошиблась, да. Мой босс – чудак на букву “м”. – Не собираюсь я отдавать свои ношеные вещи этому извращенцу, – шиплю я возмущенно. – Уволена, – чеканит он и резко разворачивается на пятках. – В смысле? – продолжаю офигевать, еле удерживая в пальцах тяжелую папку. – В прямом, Синицына, – смотрит через плечо, сверкает своими зелеными глазами. – Или давай их, или пошла вон! – Валерий Александрович, вы серьезно? – спрашиваю. – Обычно, Синица, – делает многозначительную паузу, поправляет галстук, – девки сами из них выскакивают, и упрашивать не надо. Давай уже! Что ты ломаешься аки мятный пряник? – Ладно, – вдруг соглашаюсь я. И что ты, дура, творишь? Стыды.

– Кто вы такой, чтоб лезть в мою личную жизнь?! – высказываю Михаилу Леонтьевичу. – Одна ночь, которую я даже не запомнила, ничего не значит. – Я кто? – угрожающе и интимно цедит сквозь зубы. – Возможно, я отец твоего ребенка. Так что, дорогуша, пока мы не узнаем все точно, ты никуда от меня не денешься! – Я тебе не живот напрокат! – рыкаю, пытаясь вырваться. – Мне не нужен папочка. – Тебе, может, и не нужен, а ребенку нужен. Я не позволю ему расти безотцовщиной. – О чем вы вообще бредите? У меня есть мужчина! – Я не набиваюсь тебе в мужчины! – не отстает от меня. – Но если так уж вышло, то ребенка ты родишь! Это еще что за репродуктивное насилие от ненавистного мне деспота? *** Сорвала цветочек грозного босса, но абсолютно не помню ночь, проведенную вместе. Мы друг друга ненавидим, номер разгромлен, связь была незащищенная. Кажется, я беременна от мужчины, которого убить готова! Все становится и вовсе катастрофично, когда приезжает мой жених.

– Что вы делаете? – наблюдаю, как босс закрывает дверь кабинета на ключ. – Ты назвала меня тупым лесорубом, – прячет ключ в карман белого халата. – Кажется, пришло время извинений, Любимка. – Я буду кричать, – предупреждаю, пока мой босс надвигается на меня своей двухметровой громадиной, а его улыбка не сулит ничего хорошего. – Отлично, – щелкает суставами своих красивых пальцев. – Я скажу, что вправлял тебе вывих где-то в малом тазу. *** Медицинские сериальчики, типа “Анатомии Грея”, смотрите? Так мой новый начальник в разы круче показанных там бэд боев. Елисей Андреевич Терлецкий – саркастичный и циничный мачо, на которого женщины вешаются пачками, военный хирург и настоящий боженька в своем деле. Вот только этот красивый-здоровенный невзлюбил меня с первого взгляда -- считает меня так себе врачом, а также за оскорбление его умственных способностей. Но это еще цветочки… Хьюстон, у нас проблемы – ненависть между нами потихоньку перерождается в совсем иное напряжение.