Книги без циклов

Никогда не делайте сюрпризовЛили АйденНикогда не делайте сюрпризов. Я их сама терпеть не могу. Но думала, приеду, обрадую, всё-таки неделю не виделись. Как человек отличающийся постоянством, я очень привязываюсь к людям. А когда речь идёт о моём парне, Калебе, и говорить нечего. Он – моё солнце, моя звезда, смысл моего восемнадцатилетнего существования. Или как там пишут в книгах? Обойдусь без цветистых фраз. Просто он – моя первая любовь. И это мои первые серьёзные отношения... по крайней мере, они такими были... до этого момента.Поморгав, я тихо прикрыла дверь, оставшись в тишине тёмного коридора. Мои ноги, словно к полу приросли, хотя сейчас меня съедало единственное желание – бежать. Вон из этого дома, прочь от Калеба и подальше от нашего спокойного городка Абердина. На лице застыло глупое выражение: смесь недоверия и шока.Всё казалось дурным сном. Я даже попыталась ущипнуть себя, но, по-моему, ничего не заработала кроме кровоподтёка на тыльной стороне ладони. Я не проснулась, не очнулась. И это вовсе был не сон.Там, за дверью своей спальни, мой парень приходовал какую-то девчонку. Ну, не какую-то. Если я правильно рассмотрела, это была – Даяна Стар, заводила из группы поддержки нашей студенческой футбольной команды, в которой Калеб был капитаном.Первым рейсом вылетев из Флориды, где я неделю гостила у своей матери Флоранс, я проделала долгую дорогу до дома. Быстро забросив вещи в комнату и нацарапав записку отцу, что буду поздно, я помчалась к Калебу домой. Он жил не так уж далеко от меня. Минут пятнадцать пешком.Наверняка, его родители были на работе, а противная сестра Пэгги зависала где-нибудь с моим лучшим другом Честером (не знаю, как эти двое сошлись, но их роман начался не так уж давно и только набирал обороты), так что в столь ранний час Калеб должен был быть дома. Шла неделя зимних каникул и, насколько я знала, по выходным он раньше полудня из кровати не выбирался.Хоть дом и был закрыт, но я, как близкий друг семьи и девушка Калеба, знала, в каком именно горшочке с цветами (нынче запорошенном снегом) мать семейства, Элизабет, прятала запасной ключ от входной двери. Так что проникнуть внутрь труда не составило.Тихо напевая что-то себе под нос, я протанцевала по лестнице к комнате Калеба. На самом деле ещё внизу меня должна была смутить громкая музыка, доносящаяся сверху. Но я лишь обратила внимание, что играла одна из наших любимых песен "Дюран Дюран". Первый наш раз мы занимались под неё любовью. А теперь он трахал какую-то суку под неё же. Это ещё больше всё опошляло.Как завороженная я смотрела на перекатывающие мускулы его спины под гладкой кожей, пока он двигался в извечном ритме. Стар, запрокинув голову, закрыв глаза и приоткрыв рот, стонала.Я поморгала, пытаясь привыкнуть к полумраку, царящему в доме. Из-за двери раздался резкий женский вскрик, затем приглушённый бархатный голос Калеба, когда он достиг собственной кульминации.Надо быстрее уносить отсюда ноги, – подумала я и поспешила к лестнице. Но недостаточно быстро. Дверь спальни за моей спиной распахнулась, выпуская в коридор первые аккорды новой композиции из дорогой стереосистемы и Калеба, успевшего к этому моменту натянуть для приличия боксеры. Вероятно, он собрался прогуляться на кухню за водой, колой или ещё чем покрепче.– Лили?! – его шокированный голос ударил мне в спину.– Я уже ухожу, – ответила я.Ничего умнее в голову мне, конечно, не пришло. Приподняв руки в растерянном жесте, я, спотыкаясь на каждом шагу, буквально слетела с лестницы в холл.– Эй, стой! – Ступеньки под его весом заскрипели, когда он, касаясь их босыми ногами, спустился следом. И преодолев расстояние между нами за пару шагов, схватил за руку. – Да стой же, – добавил Калеб, когда я попыталась вырваться.– Отпусти, я хочу уйти, – прошипела я, разворачиваясь к нему лицом.Он исподлобья, нахмурившись, смотрел на меня.– Почему ты так рано вернулась?– О… – Мой рот приоткрылся. – Ты меня обвиняешь в том, что я приехала раньше, чем обещала?Краем глаза я уловила какое-то движение наверху лестницы и отвела взгляд от Калеба и заметила высокую стройную шатенку, замотанную в волочившуюся по полу простынь.– Привет, Даяна, – кивнула я, помахав ей.Та сложила губы трубочкой и вскинула брови, невинно поднимая глаза к потолку.Калеб обернулся и рявкнул на Даяну.– Скройся, а!Девушка, решив не спорить, быстро шмыгнула обратно в спальню.Затем посмотрел на меня. На этот раз его зелёные глаза умоляли. О чём? Понять? Поверить? Выслушать? Простить?Я внутренне сжалась и мысленно отрицательно замотала головой.– Всё не так, Лили, мы просто...– Трахались, – закончила я за него, иронично приподняв брови.Закрыв глаза, я глубоко вздохнула и высвободила руку, затем несильно ткнула сжатым кулаком в его идеально твёрдый пресс.– Мудак ты, Калеб. И давно вы со Стар?.. Я не могла заставить себя закончить фразу.Калеб запустил пальцы в свои тёмные всклокоченные, наверняка не без помощи Даяны, – зло подумала я, – волосы. – Это первый раз. Честно.– Другие были? – сочла своим долгом уточнить я. Раз уж иду, то до конца.– Нет, – в ужасе воскликнул он и протянул ко мне руки. Намереваясь обнять?Я отпрыгнула, как ужаленная от его практически обнажённого тела.– Не трогай меня, – затрясла я головой.– Хорошо, хорошо, я не трогаю, – он поднял руки, показывая, что мне нечего бояться.Закусив губу, я посмотрела на широкое, почти во всю стену окно, выходящее в сторону леса. На лапах елей искрился снег. Ветра почти не было. Лучи яркого полуденного солнца отражались от белого покрывала. Мир словно бы застыл. Как и мы с Калебом застыли друг напротив друга. Чего я жду? Почему ещё не ушла отсюда?– Детка, – протянул Калеб. – Ну, я очень сильно извиняюсь.– О, да, извинения приняты. Глаза начало пощипывать от подступающих слёз. Запоздалая реакция.– Почему? – всё-таки выдавила я зудящий вопрос.Он запрокинул голову с тяжёлым вздохом, затем посмотрел на меня и снова принялся приводить свои кудри в полнейший беспорядок. Конечно, он нервничал. И я тоже нервничала, но при стрессовых ситуациях я обычно впадала в почти полнейшую прострацию. На меня словно бы столбняк накатывался. А потом, после, наступал период истерик и слёз. Так вот слёзы уже были близко.– Лилиан, мы с тобой так редко бываем наедине, ты постоянно отталкиваешь меня, – он на секунду замолчал, убеждаясь, что я понимаю, о чём именно он хочет сказать. – Отказываешь... в интимном плане.– Я не отказываю, – заикаясь, произнесла я, уже представляя, как наверху Даяна приникла ухом к двери спальни. Сейчас подробности моей сексуальной жизни выйдут наружу, а ещё через сутки станут достоянием всего Абердина.По скорости разнесения сплетен равных Стар практически не было. Ну, она не только их разносила, ещё и добавляла от себя. Любую информацию от неё стоило мысленно делить на четыре, а потом ещё раз на четыре, и в той, одной шестнадцатой искать крупицы реальной правды.– Хорошо, не отказываешь, – кивнул Калеб, – но чёрт, детка, я – парень, а мы с тобой так редко занимаемся любовью. Да я уже начал забывать, как это вообще делается!Я качала головой в такт его словам. Эта тема была уже истёрта нами, изъезжена вдоль и поперёк. Секс, что в нём такого, что он являлся для нас таким камнем преткновения? Ну, мне нравилось заниматься им с Калебом, чёрт, да он меня просто с ума сводил. Но я осторожничала.Я не хотела закончить или начать, называйте это как угодно, как моя мама. В восемнадцать уже с ребёнком на руках. Таблетки я не принимала. Вообще не люблю пичкать себя химией. Хотя каждая вторая девочка в нашем районе принимала противозачаточные, даже не ведя половую жизнь. Считалось, что это якобы хорошо для кожи. Да и потом у меня на первые противозачаточные, прописанные врачом началась аллергия. Я неделю чесалась так, словно меня тысяча москитов покусала. Повторять этот плачевный опыт мне не хотелось.Слава Богу, аллергии на латекс у меня не было. А ведь у некоторых бывает, я читала. Но, это увеличивало мои шансы забеременеть. Проклятье, я понимала, что это мой тайный личный комплекс, но, например, в прошлом году залетела моя подруга, Джессика. Была очередная пьяная вечеринка у Миллеров, и Джесс даже не поняла, от кого именно ребёнок, так как в ту ночь, перебрав спиртного, переспала и с Майклом, и с Тариком. Она сидела на противозачаточных, плюс они использовали кондомы, но она как-то умудрилась забеременеть. Естественно, ей пришлось делать аборт.Это личное дело каждого. Но я знала, что никогда не решусь на подобное. Только, если это не вынужденная мера. В жизни ведь всякое бывает. А так – это было просто не для меня. Убить ребёнка! Немыслимо! Мне бы не хотелось, чтобы убили меня. А вам? Можно назвать это моим личным максимализмом. Пусть другие делали, что хотели, но не я.– Калеб, – теперь свои волосы начала теребить я. – Мы тысячу раз об этом говорили.– Я знаю, детка, знаю, но...– И, чтобы не забыть, как это делается, ты нашёл выход? Трахнуться с кем-нибудь пока я в отъезде? – Я всё ещё не верила в происходящее, это был какой-то ночной кошмар. – Я хотела сделать тебе сюрприз. Думала ты обрадуешься, а ты...Не зная, что ещё добавить, я просто развернулась и пошла к выходу. Хорошо, что этот дурацкий ступор спал с меня и к ногам вернулась способность шевелиться.Мы с Калебом были вместе уже больше года. Он добрый, чуткий, понимающий, но, как оказалось, в его характере нашлись незнакомые мне до этой поры черты.– Лили, куда ты.Я издала неопределённый вскрик. – А ты предлагаешь мне остаться? Выпить с вами чаю? Завести светскую беседу? – Мой голос повышался с каждым сказанным словом. – Кстати, Даяна, как тебе мой парень? Он хорош в постели, не так ли? А ты Калеб, она не откусила тебе член, когда ты засовывал его ей в рот?Я взялась за ручку двери, уже намереваясь пулей вылететь из дома, когда ладонь Калеба припечатала гладкую поверхность справа от меня.– Мы поговорим, когда ты успокоишься, – процедил он сквозь зубы.– Может быть, если я захочу с тобой разговаривать, – смахнув его руку, стоящую на моём пути к свободе, я распахнула дверь и вышла на заметённое снегом крыльцо.Нижняя губа тут же задрожала, а слёзы, грозившиеся пролиться ранее, наконец, обрели свободу, беспрепятственно хлынув по щекам. – Счастливого, мать его, Рождества, Лили, – бормотала я себе под нос, сворачивая к дому.Мне казалось, у нас с Калебом всё по-настоящему. Сказочно прекрасно. Я была уверена в нём. Как я могла так ошибаться в человеке?Но, как мне предстояло выяснить в этот день, ошибалась я не только в Калебе.Был ещё один парень, скрывавший кое-что от меня.