– Юлька, ну я же люблю тебя, дурочка! – перехватывает муж меня за запястье, не совсем контролируя силу.

– Нет, Вань. Ты любишь игры свои компьютерные. Любишь делать ставки и часами просиживать в интернете, не замечая ни меня, ни Полинку, – стараюсь потихоньку освободить зажатую в тиски конечность, на которой уже совсем скоро появятся бордовые следы.

Красные от недосыпания глаза супруга меня сильно пугают, так как горят нездоровым азартом.

– Да ладно тебе, чушь пороть! Что там с Полькой–то? Мелкая она еще и бестолковая. Вот вырастет, будет поумнее, так и стану с ней заниматься.

– Чем? Твоими рулеткой и покером, обчищающими карманы нашей семьи? Сколько ты опять проиграл за ночь?

– Ничего я не проиграл, – зло щурит глаза мой благоверный. – Не придумывай.

– А где отложенные на ремонт деньги?

– Так, не верещи! Верну я всё!

– Как? Отыграешься?

– Вот! Сама знаешь! Мне чуть–чуть до флеш–рояля сегодня не хватило. Всего–то еще пару тысяч требовалось подкинуть, а ты зажала.

– Вань, ты себя слышишь?

– Юлька, не нуди! Отыграюсь!

– Мне коллекторы вчера весь день названивали, – обхватываю себя руками, так как знобит от всего происходящего в нашем доме. – Вся почта письмами с угрозами завалена. Зачем ты в «БыстроДеньги» полез?

– Из–за тебя! Могла бы у родителей попросить в долг. Они пенсионеры, зачем им много? Надо делиться с молодыми.

– А на работу когда выйдешь? – меняю тему и отступаю к комоду, чтобы достать одежду для дочери. Скоро предстоит будить малышку, чтобы топать в ясли. – Мама с папой тебе газель подарили, как ты хотел. Но работать, заметь, всё равно не торопишься.

– На газели весь день надо за баранкой сидеть. Скука смертная. Мне не понравилось. – кривится недовольно Иван. – Так что я уже с мужиками договорился. И тачку продал.

– Как продал? Когда? А деньги?

– Сказал отыграю! Значит, отыграю! – рыкает в ответ.

– Не отыграешь, Вань. И ты это отлично знаешь, и я. Поэтому… хватит! Прости, но я устала краснеть, возвращая ТВОИ долги! Устала бояться, что в дом ворвутся бандиты, требуя расплатиться по ТВОИМ распискам. Устала оправдываться перед родителями за ТВОИ поступки. Мы с Полей уходим.

– Чего это ты удумала, Юлька? – подходит ближе Иван, прищуриваясь и пытаясь надавить на меня взглядом.

– Надумала разводиться и жить спокойно, без страха и стресса, – задираю чуть выше подбородок.

– Милая, а как же семья и любовь до гроба? – протягивает руку к моему лицу муж и проводит по щеке костяшками, поглаживая.

Ласка, от которой волосы на затылке становятся дыбом, а по спине пробегают мурашки страха.

– Это только слова, Вань. Пустые слова, – выдыхаю, не отводя глаз.

– А если я тебя не отпущу? – резко перехватывает он меня за шею, не сжимая, но доводя своими действиями до ужаса.

Последние полгода я совершенно не узнаю своего мужа. Живу, как с чужим человеком. Можно сказать, капризным и требовательным ребенком, а не мужчиной.

– Отпустишь, – говорю с уверенностью, которой не ощущаю.

– Папочке, бывшему полковнику, пожалуешься? – наклоняется и шепчет на ухо, обдавая неприятным сигаретным запахом. – Не вздумай! Поняла?

– Да, – киваю, соглашаясь.

– И учти, милая, эта квартира моих родителей, так что тут ты в полном пролете. Даже рот не вздумай открывать, чтобы долю требовать. На себя или мелкую, – резко разжимает руку Иван, и я отшатываюсь назад, ударяясь копчиком о край комода.

– Не потребую, – качаю головой.

Ни за что не стану. Сами с Полинкой всего добьемся.

Обязательно.

Главное, жить без оглядки и страха, что за тобой кто–то следит, чтобы забрать последнее.

– Идиотка, – несется мне вслед, когда я выхожу из гостиной и по совместительству личной территории Ракитина. – Подумай хорошенько. Кому ты нужна будешь, если не мне? Баба не первой свежести, пользованная, б/у, да еще и «с хвостом»? НИКОМУ!

– Дочери, – произношу тихо, но уверенно, – дочери буду нужна…