Брошенный лес

– Степан, крепче держись, крепче! – кричал широкоплечий мужик в белой рубахе, почесывая густую рыжеватую бороду. 
– Дык скользко! – огрызался в ответ молодой парень с крепким телом. 
Он мог похвастаться широкой спиной, украшенной парочкой тонких шрамов. А еще черными штанами, закатанными до колен. Снизу лучше всего, конечно, было видно именно штаны, да и что еще можно было рассмотреть на мужике, медленно, но неумолимо скользящем вниз по гладкому столбу, щедро смазанному маслом. 
– Всем скользко, но я же в том году залез, и ты ползи давай. Хочешь ведь подарок своей Айке добыть! 
– Не мешай ему! Ишь, отвлекает стоит! 
Старушка в аккуратно повязанной косынке грозно потрясла кулаком в сторону бородача. 
– Знаем мы, как ты в том году залез, все масло сначала другие мужики пузами своими вытерли, а потом ты, герой, полез! 
– Ну залез же! 
– Вот и другим не мешай, – отвернувшись от махнувшего на нее рукой великана, закричала громче, – а ты, Степушка, лезь давай, не слушай никого! Я на тебя поставила литр молока козьего! 
– Ну, ба!
Если бы кто видел лицо Степана в тот момент, удивились бы его способности так густо краснеть. А как тут не покрыться краской стыда, если родная бабушка на всю деревню позорит. Устроила не пойми чего. Азартные игры. Ставки, споры… И зачем он ее возил в город прошлым летом? Жила себе старушка спокойно и жила, нет же, мир показать захотел старой. Ну вот. Показал! 
С такими печальными мыслями Степан, пыхтя и проклиная слишком уж скользкое масло, упрямо пытался залезть на столб. Аечка и правда будет рада, если ее жених достанет главный приз в этом году. Даже поцеловать обещала за сараем. Целоваться Степке очень хотелось, поэтому он не сдавался и упрямо карабкался к цели, не замечая ничего вокруг. 
А ведь именно он с высоты мог бы первым заметить появление чужачки в их деревне. 
Впрочем, в разгар праздника вся деревня собралась на главной площади. Людям было не до того, чтобы смотреть по сторонам. Особенно в сторону старосты. Ну шастает где-то и шастает. Пусть с ним, главное, не мешает простому люду развлекаться. А то, что он привез кого-то в деревню, никто и знать бы не знал, уж точно не сегодня. Но на столбе, том самом, по которому так отчаянно карабкался Степан, на самой верхушке, прикидываясь частью приза, сидели два черта. 
– Казя, – шипел один, тот, что поменьше размером, но с более хитрой мордой, – давай еще масла лей! 
– Лютик, смотри-смотри, девку староста привел. 
– Да что мне та девка, масло, говорю, лей, Степка высоко поднялся. 
– Так новая баба-то. Ты смотри! 
Казя ухватил своего подельника за торчащее ухо и насильно повернул его в сторону медленно бредущих по дальней тропинке старосты и незнакомки в одежде магов. 
– Казя, чтоб тебя верховный наверх отправил, ты где девку увидел? Маг это, не отвлекайся, масло лучше лей. 
– Да девка, я тебе говорю, – гнул свою линию Казя, – ты на штаны не смотри. 
– Лютик! Девка это когда со всех сторон есть приятное для глазу. А тут что? 
– Плащ тут, походный. Вона, оглядываться собралась. Забьемся? 
– Давай! 
Масло было забыло, Степан медленно, но верно поднимался к верхушке столба. Черти ударили по рукам и ждали, когда незнакомец, – или все-таки незнакомка, – обернется, чтобы они смогли понять, кто же был прав. 
Если бы знала, насколько живой интерес вызовет своим появлением, Ярослава, может, и озаботилась бы более подходящей одеждой. Но, во-первых, она привыкла путешествовать в стандартном магкостюме для дальних “поездок”, а во-вторых, вчерашняя студентка Межмировой Академии пребывала в самом настоящем шоке. Она все никак не могла понять, как такое могло получиться, что ее знакомство с Келэнсом началось с крайне современного города, а спустя каких-то два часа в дороге она неожиданно оказалась посреди Древней Руси. Во всяком случае, примерно так она себе это все представляла, когда читала учебники по истории. 
– Самобытненько, – вертя головой по сторонам, протянула девушка, – у вас реконструкция исторических событий? 
– Охохонюшки, – уже, наверное, раз в сотый вместо ответа староста тяжко вздохнул и снова смял в руках шапку, – да почто ж вас-то сюда прислали, госпожа магичка? 
– Работа, – Яра пожала плечами, – так как долго нам добираться до Магриф? 
– Дык на месте мы. Вон дома, тама площадь главная, люди вон праздник отмечают, перед работой в полях, значится. А домик для вас в конце улицы будет. Их там три. Можете любой, в общем-то, выбирать. 
– Подождите, – Яра резко остановилась, – то есть как это… Вот это все и есть Магриф? 
– А то как же. У нас тут все по-простому: сами поработали, сами все вырастили, зимой долгой кушаем. Хорошо. 
Яра тихонько что-то сказала себе под нос. Зло. Отрывисто. Но староста не расслышал. Да и не хотел он прислушиваться. И так в деревню горе пришло. Уважаемые маги Межмирья прислали им девку на помощь. Какая от нее помощь-то будет? Маги местные как узнают, так и жди беды. Да что там маги. Девчонку эту еще местные жители пережуют и не заметят, куда ей с Брошенным лесом справиться? 
– Хорошо. Где, говорите, дом для меня? 
– Так, почитай, прямо до конца улочки идете, а в конце три домика, за ними как раз лес и начинается. Не ошибетесь. Там даже собаки не гуляют, все леса опасаются. 
Ярослава резко повернула голову вслед за жестом старосты. Капюшон упал с ее головы, открывая вид на каштановые густые волосы, на солнышке блестящие рыжиной. 
– Можете не провожать меня. Вас, наверное, дела ждут. 
Кивнув, Яра развернулась и, покрепче сжав в руке ручки походной сумки, бодро зашагала в указанную сторону. Ей еще предстояло осознать, что ректор Хаспер подложил ей настолько жирную свинью. 
– Ага! Видал! – Казя чуть не упал со столба от радости победы. – А ты все «мужик да мужик»! Знай наших! 
– И правда девка, – Лютик почесал колтун черной шерсти между ушами. – А чего ж мы тут сидим? Побежали скорее, она ж дом выбирать идет. Ой потеха буде-ет! 
Прежнее баловство было забыто, бутылка масла перевернута, а два черта с тихим хлопком уже испарились с вершины, не увидев, как масло щедро потекло по столбу и Степан, грозно ругаясь, печально начал сползать вниз к своему огромному сожалению и радости публики. 
– Казь, как думаешь, какой домик выберет? 
Черти засели в кустах, только две пары маслянисто-черных глаз сверкали в ожидании Яры. 
– Да я откель знаю? Вон, смотри, Агнешин домик, ну чем не хорош? 
– Так Агнеша утопленницей была, ты что? 
– Так не дома ж топилась. И потом, кто просил дуреху с кикиморами нашими спорить? 
– Это да, – Лютик нервно передернул ушами, – если так подумать, с этими стервами вообще спорить себе дороже. 
– А то. Ну или вот, избенка деда Миколы. Кривенькая, конечно, но мужик же был душевный! Леший наш как его любил, помнишь? 
– Вино они дегустировать любили, не путай. 
– Зато коза у него была мировая, – Казя важно поднял палец вверх. 
– Вот был бы Изя с нами, он бы тебе про ту козу такого рассказал… 
– Изя опять куда-то умотал, интеллигенция вшивая! 
– Он сказал, что всех вшей вывел! 
– А ты ему верь больше! 
– Казь, вон она, идет. Ох и краля-я-я. 
– Лють, как думаешь, а не выберет ли она дом этой… Ну ты понял. 
– Да не-е, у нее же плащ мага. Значит, девка не совсем дура должна быть. Даже мы не сразу рискнули в дом Марьяши зайти. Злая баба была. И зло творила. Не. Точно нет! 
Глаза Кази сверкнули особенно хитро и, протягивая ладонь своему сородичу, он азартно прошептал:
– Забьемся? 
Ярослава, уставшая после путешествия и все еще размышляющая о том, что жить ей придется в деревне, где родоплеменной период уже закончился, но социализм строить еще не начали, остановилась перед тремя домами в конце улицы. 
Не соврал староста. 
– Направо пойдешь – кривую избу найдешь, – посмотрела Яра на покосившийся дом, – налево пойдешь – в окна солнце утром слепить будет, прямо пойдешь – слишком добротный дом встретишь. Вопрос, где подвоха меньше. 
Дом, который стоял ровно по центру, был самым очевидным вариантом. Крепкий добротный сруб. На вид целая крыша, крыльцо с резной опорой под крышей. Красота. В окнах даже занавесочки виднелись. 
Опустив на землю сумку, Яра внимательнее осмотрела все три домика. В том, что слева, жизни не было. Давно без хозяина стоит. Кривенькая избенка с правой стороны самая “живая была”, а вот от дома в центре веяло остатками чужой силы. То ли маги в нем жили, то ли какая-то местная веда, но дом слишком сильно отталкивал. 
Опустившись на корточки, Яра приложила ладонь к земле и прикрыла глаза. Улыбка чуть приподняла уголки ее губ спустя пару мгновений. 
– Нормальные герои всегда идут в обход, – Яра отряхнула руки, – а я слишком люблю комфорт. 
Подхватив сумку, она уверенно шагнула в сторону центрального домика. 
– Тьфу, зараза. 
Черти были недовольны. Оба проспорили. Обидно. Они посмотрели, как девушка-маг, – где это вообще видано? – сделала какой-то заковыристый пасс рукой, свернув пальцы правой руки то ли в дулю, то ли в какой другой неприличный знак, и открыла дверь в дом Марьяши.
– Казь, Казенька. А наши-то и не в курсе, что в деревне магичка появилась! 
– О-о-о! 
Черти переглянулись и снова заблестели глазами. Грустить подолгу они не умели. А тем более сейчас, когда нужно было сообщить всем знакомым в Брошенном лесу, что намечается большая потеха! 
С тихим хлопком они покинули свой наблюдательный пост. Слишком много дел у них было. Но в первую очередь стоило навестить Беллу. Эта рыжая вертихвостка поможет разнести им новость по лесу! 
_________
Маленький, но крайне деловитый чертенок – любитель путешествовать, с тихим хлопком совсем недавно появился в одном самом обычном доме. Здесь не жили ни ведьмы, ни маги. Зато тут был кое-кто поинтереснее. Самая настоящая писательница. И в момент, когда Изя с любопытством шнырял по дому и наблюдал за шумной семьей, она страдала над пустым листом. Ей срочно, просто очень срочно требовалась муза, чтобы написать историю, наполненную юмором, сказочными созданиями, приключениями и обязательно требовалось туда вплести любовь. Изю так заинтересовала эта идея, что он отважно решил вмешаться в происходящее. Вот только он никак не ожидал, что самый обычный человек по каким-то причинам решит написать про его родной лес. “Как такое возможно?” – недоумевал чертенок, следя, как девушка быстро стучит по клавиатуре. А потом так увлекся, что, не удержавшись, приложил свою лапку к тексту… 
 
– 
Вот братья неугомонные, еще и обзываются! "Интеллигенция вшивая", ну, Казя, подожди у меня, будет тебе парочка сюрпризов. Еще и козу Глафиру вспомнили... – чертенок самого важного вида грозно прищурился, перечитывая пролог. – Ла-а-адно, так и запишу – "отомстить"! Автор вернется, я ей нашепчу парочку идей, как проучить две ушастые морды!
P.S. Уважаемые читатели, приятно познакомиться, меня зовут Изя. Очень, значится, рад познакомиться. Мы тут с автором, – правда, она и не догадывается об этом, – пошалить придумали. Присоединяйтесь!