— Я не хочу жить в общаге! — я уже начинаю закипать. — Ты же знаешь, что мальчики думают про девчонок, которые там живут.

— Ничего подобного, — спокойно говорит мама. — Это было в прошлом, сейчас всё изменилось. Ничего постыдного в том, чтобы жить в общаге, нет. Да и ты в курсе наших финансовых возможностей. Не стоит снова и снова поднимать этот вопрос. Ничего не изменится от того, что ты капризничаешь.

   Я чувствую, как внутри всё бурлит, осознавая полное неприятие происходящего. Бунтую, да, но не специально. Я родителей всегда уважала, да и люблю их, конечно. Не хочу их расстраивать ещё больше своим поведением, ведь папа с мамой работают днями и ночами, чтобы я могла учиться, поэтому мне и стыдно за своё поведение. Однако всё равно не могу не думать про жизнь общажную. Подружки в школе всё время рассказывали, что творится в таких местах — откровенный разврат, вездесущая грязь, воровство, шум-гам. Короче говоря, репутация за одну секунду может полететь в тартарары.

— Дочь, пошли уже. Не заставляй меня нервничать ещё больше, — мама явно тоже волнуется, хоть и старается этого не показывать.

   Я знаю, что она переживает. Слышала, как вчера поздно вечером она позвонила своей троюродной сестре Марине, которая живёт в городе, рядом с моим вузом. Мама попросила её взять меня к ним пожить хотя бы временно, когда увидела мою истерику. Конечно, не за бесплатно, но дальняя родственница отказала ей. Видимо, те деньги, которые мама предложила, её не устроили.

— Прости, мамуль, я просто… разволновалась что-то, — наконец сдаюсь я.

   Мы вместе поднимаемся к коменданту. Я немного отстаю, и тут меня задевает плечом какой-то парень. Резко останавливаюсь и смотрю на него, а он стоит, нагло ухмыляется. Взгляд его явно не на уровне моих глаз задерживается. Не стесняясь, медленно проходится по моей фигуре и останавливается на груди. Так и хочется ему в нос дать, придурок!

   Парень довольно высокий, подкачанный, даже через футболку видно, что спортом не пренебрегает. Волосы светлые, немного растрёпанные, но это никак не портит его образ, даже наоборот — ему идёт. Вполне современная и крутая прическа. Глаза — карие, а взгляд бесячий. Наконец не выдерживаю и взрываюсь.

— Осторожнее нельзя?! — шиплю я.

— Нельзя, милашка, — отвечает, хмыкнув, и уходит, не забыв подмигнуть.

   Я не успеваю что-либо придумать в ответ, так как он исчезает с поля моего зрения, оставляя неприятные ощущения. Что-то он не сильно был похож на простого парня из общаги. Слишком высокомерный, и пахло от него дорогим парфюмом...

— Аня!

— Иду я, мам, иду.

   Мы дошли до коменданта, маме дали ключи. Она, как всегда, всё быстро уладила, а я в это время мысленно ругалась на всё вокруг. Ну не хочу я тут жить и всё. Вздохнув, поднимаю свою дорожную сумку с вещами и медленно иду следом.

— Всё, доченька, держись. Отныне это место — твой новый дом на ближайшие пять лет, — мама тепло обнимает меня, поглаживая по плечу. Я пытаюсь улыбнуться, но выходит неубедительно.

— Ладно, мам, спасибо за всё… — шепчу в ответ, чувствуя, как ком в горле подкатывает. Она уходит, а я остаюсь одна.

   Едва успела закрыть за ней дверь, как та резко открывается снова. В комнату заходит тот самый парень, с кем я столкнулась в пролёте между вторым и третьим этажами. С ним ещё двое других парней. Все трое без футболок. Я тут же вскакиваю, чуть не уронив утюг, который только что достала.

— Ну привет ещё раз, милашка, я Кирилл, - говорит ленивым голосом наглец, будто сделал мне великую честь представившись.

   Первый слева чуть ниже Кирилла, но тоже спортивный, с широкой улыбкой, которая, кажется, не сходит с его лица. У него тёмные волосы и серьёзный взгляд, хоть ведёт н себя как весельчак. Второй, тот, который справа, ещё более расслабленный, светловолосый, с хитрым прищуром, будто ему всё равно и даже скучно. Руки у обоих в карманах брюк торчат.

— Чего вы хотите?! — я пытаюсь выглядеть уверенно, но в голове только одна мысль — надо защищаться.

— Спокойно, дикарка! — смеётся Кирилл. — Мы просто поздороваться зашли.

— Ну и посмотреть на тебя, — добавляет второй, тоже при этом ухмыляясь.

— Одолжи утюг по-братски, — третий, кажется, издевается, глядя на меня.

   Я выставляю утюг перед собой, будто это оружие, хотя руки дрожат. Парни начинают ржать, а я чувствую себя полной дурой.

— Обойдешься! — сердце стучит на износ от страха, но я держусь из последних сил. Хочется разрыдаться. Я раньше не сталкивалась и близко с такой ситуацией. Не знаю, как реагировать, поэтому продолжаю дерзить, возможно, этим провоцируя их ещё больше. — Ещё шаг — и по башке все получите! — выкрикиваю, но сама понимаю, что звучит это совсем нелепо.

— Не кипишуй, малышка. Мы просто по-соседски заглянули, — повторяет Кирилл ленивым голосом, а в глазах уже загорелся азарт.

   Дверь снова открывается, я пока не вижу, кто заходит, но в голове сразу проносится мысль, что это пришли их дружки. Всё внутри падает, ноги начинают дрожать. Не знаю, каким чудом до сих пор продолжаю стоять.

— Эм… Это же третий этаж? — наконец раздаётся голос девушки. Она быстро оценивает ситуацию и, медленно глядя на нас по очереди, представляется: — Я — Оля, кажется, твоя соседка по комнате. — После смотрит на парней и говорит: — А вы кто и что тут забыли?

   Парни переключают своё внимание на Олю, правда, не все. Кириллу, кажется, она не интересна. Он всё так же нагло пробегается глазами по мне.

— Зачётные сиськи! Меня, кстати, Саша зовут, рад знакомству. Если хочешь, можем и поближе познакомиться! — говорит тот, кто ниже ростом Кирилла, явно намекая на близость, а после поворачивается и чуть тише шепчет остальным: — Дикарку можете себе забирать, брюнетка моя!

— Я всё слышу! — с вызовом заявляю я, хотя у меня уже паника накатывает. Хватаю телефон и начинаю дрожащими пальцами набирать цифры.

— Алло, полиция?! Меня зовут Сазонова Анна Сергеевна, я только что заселилась в общежитие и… — продолжаю диктовать данные, рассказываю, что парни завалились без приглашения и начали приставать. Тут все замолкают. Уже не до шуток и приставаний. Я чувствую, как взглядом Кирилл прожигает меня насквозь.

— Дура! — наконец бросает он презрительно и, развернувшись, уходит с друзьями. — Настоящая дикарка! — выплёвывает вместе с матом, но я уже не обращаю внимание — главное, что ушли.

   Оля наконец отмерла и засмеялась, глядя на меня.

— Здорово ты их отшила, надо и мне запомнить эту фишку, — сказала она с улыбкой.

   Но я только тяжело вздохнула и покачала головой.

— Я не пошутила, я правда позвонила в полицию.

   Оля замерла, не зная, видимо, как реагировать, и стала раскладывать свои вещи. Каждая из нас молча занималась своими делами, не решаясь заговорить о случившемся.

   Спустя двадцать минут раздался стук в дверь. Сначала тихий, потом настойчивый. Я сразу поняла, кто это, пришлось открывать дверь. Перед нами стояла комендантша с недовольным лицом, за ней — два полицейских.

— Ну ты даёшь! — прорычала она, бросив на меня жёсткий взгляд. — Ты хоть понимаешь, что натворила? Знаешь, на кого пожаловалась?! Один из этих парней — сын декана! Ты что, с ума сошла, девочка?

   Моё сердце ухнуло куда-то вниз, ноги будто подкосились. Я посмотрела на Олю, но она лишь молча отвела взгляд. У меня пересохло в горле, и я еле слышно прошептала:

— Что теперь будет?..