― Ассоль, поставь стакан, и пошли скорее работать! Уже минут пятнадцать гости ждут тебя, − рассержено прошипела Алла, сверкнув в меня недовольным взглядом.

― Господи, да я же на минуту вышла, воды попить. Так в горле пересохло.

Сделала еще глоток и побежала в зал, чтобы не пропустить ни одного важного клиента.

Пару недель назад подруга помогла мне устроиться в один хороший ресторан официанткой. Не то чтобы это была работа мечты, но я не чуралась и с удовольствием приняла ее предложение. А что еще остается делать, учась на втором курсе медколледжа, куда я поступила против воли моего опекуна. Будь неладен Ивар Якубин! Видите ли, хотел отправить меня на обучение в Швейцарию! И зачем мне это надо? Я сама поступила в колледж, и никто мне не помогал, никто не платил бешеных денег. У меня есть свои мозги, благодаря которым я теперь имею стипендию. Да маловато, но все же я собой горжусь. А работу решила найти, чтобы откладывать деньги на свою мечту.

― Ассоль, бегом к седьмому столику, там уже хотят сделать заказ, − сообщила мне администратор, на что я кивнула и, проверив на месте ли блокнот, побежала к столику.

Ресторан, в котором я теперь работала, постоянно участвовал на выездных мероприятиях подобных тому, что сейчас было в музее. Очередной аукцион антикварных вещей, собранные деньги которого пойдут на благотворительность. Почему−то в это мне верилось с трудом, но как знать.

Подойдя к столику, я вдруг замерла, в ступоре посмотрев на удивленного Ивара. Какого черта он здесь делает?

― Добрый вечер. Что будете заказывать? – произнесла слегка дрожащим голосом, понимая, как сильно мне может влететь.

― Начну с главного, Ассоль, − прорычал он, одарив меня гневным взглядом, ― какого хера ты делаешь здесь, да еще и в роли официантки? Напомни, где ты сейчас должна быть?

― Я там, где и должна быть.

― Нет, девочка, ты должна быть на дополнительных занятиях по химии. Или забыла?

Я сглотнула и посмотрела на него свысока.

― И все же, вы сделаете заказ?

― Ивар, давай после ужина выяснишь отношения с этой пигалицей, − произнесла спутница Якубина, которую я и заметила только после этих слов.

― Владлена, закрой рот, − рыкнул Ивар, так и не оторвав от меня взгляда. ― Ассоль, сегодня твой последний рабочий день. Можешь уже собираться.

― Я сама решу, что мне делать. Ведь я уже взрослая девочка.

― Пошла отсюда, взрослая девочка. Заказ пусть примет другой официант.

Его слова неприятно проехались по моей душе. Хотелось влепить ему пощечину. Значит, я не устраиваю его в роли официантки, ну что же, пусть сидит голодный.

Развернувшись, я с гордо поднятой головой ушла на кухню. Хотела скрыться с чужих глаз, но понимала, что на работе это практически невозможно.

― Ассоль, ты чего?

― А, Вера Степановна, седьмой столик попросил другого официанта.

― Что? Почему?

― Что происходит? – зашипела Алла, подбежав ко мне.

― Алла, иди прими заказ у седьмого столика. Бегом!

Подруга недовольно зыркнула в мою сторону и, подняв подбородок, пошла выполнять приказ администратора.

― Что произошло, Ассоль?

― Ничего, Вера Степановна, вы можете не переживать. Просто за тем столом сидит мой опекун, и он против того, чтобы я работала.

― Вот еще! Проблем только не хватало от Якубина.

― У Вас их не будет, как и меня у Вас в ресторане.

― Разберемся, ты главное, не расстраивайся.

Я кивнула и пошла к выходу, решив за всем понаблюдать около двери. Недолго музыка играла, как говорится. А я всего лишь хотела насобирать денег и полететь в Севилью. Для кого−то это покажется глупым, а для кого−то, например Ивара, смешным. Он уж точно может позволить себе такие поездки хоть десять раз в месяц. И уверена, скажи я ему о своем желании, он бы быстро все организовал. Но нет, я хотела полететь за свой счет.

― Скажи мне, девочка, а как так получилось, что сам Якубин твой опекун? – поинтересовалась Вера Степановна, наблюдая за тем, куда я смотрю.

― В конце девяностых мой отец с Иваром начинали свой общий бизнес.

― Тааак…

― Семь лет назад я стала сиротой, а отец в завещании попросил Якубина быть моим опекуном, пока я не закончу учебу.

― Вот как, теперь понятно. У вас плохие отношения?

― Не то чтобы, просто я не хочу от него зависеть, вот и все.

Я вернула взгляд в зал, давая понять, что разговор окончен. Не особо любила разговаривать на эту тему, а уж тем более посвящать в личную жизнь абсолютно чужого человека. Да у меня даже Алла не знала о существовании опекуна, не то что я начальству своему расскажу.

Снова бросила взгляд на Ивара и едва не прорычала в голос оттого, как вежливо он улыбнулся моей подруге. Что за бред? Со мной груб и невежлив, а ей улыбочки шлет! Ну, гад!

Решила, что он не стоит моего внимания, и ушла на кухню. Лучше уж за поварами понаблюдать, чем за хамами.

Нет, раньше у нас были нормальные отношения, но все изменилось, как только мне исполнилось восемнадцать лет. Ивара словно подменили. Совсем другой человек стал. Спасибо, что съехал от меня, и я не вижу каждый день его хмурую моську. Иначе бы я точно с ума сошла. Да и его вечные претензии уже бы мне в горле стояли. Почему его отношение ко мне изменилось, я так и не поняла, да и выяснять это не собиралась. Мне было плевать, я жила своей жизнью. Обидно было, может быть, совсем чуть−чуть, но и на это у меня были свои причины.

― Ассоль, аукцион идет уже полчаса, а ты даже глазком не глянула. Так и собираешься торчать на кухне? – зло пропыхтела Алла и потянула меня за руку в зал.

― Господи, Алла, я иногда поражаюсь сама себе. Как я до сих пор терплю твое хамство.

― Просто не будь занудой, вот и все, − хмыкнула она, сверкнув в меня недовольным взглядом.

С каждым днем ее надменный вид раздражал меня все больше и больше. Пора это заканчивать.

Мы вошли в зал, где уже вовсю богатенькие дяденьки отдавали бешеные деньги за старинный антиквариат. Я этого не понимала, но и не осуждала. Главное, чтобы финансы потом действительно пошли на благотворительность.

― Знаешь, что я придумала?

― Что? – я повернулась к Алле, которая с наслаждением смотрела на Ивара.

― Я уведу его у той барышни и приручу. Он будет мне в ноги кланяться, только бы я была всегда рядом с ним.

― Что? Алл, ты с ума сошла? Якубин тебя по стенке размажет, если узнает, что ты такое говорила.

― А тебе-то что? Ты с ним знакома, что ли, или сама претендуешь на мое место?

― Дурочка, нужен он мне. Сама не знаю, как избавиться.

― Что ты сказала? Что значит избавиться?

Господи, зачем я это вслух произнесла.

― Ты что, хвостом перед ним крутишь?

― Алл, тебе не кажется, что ты заговариваешься? Следи за своим тоном, ладно?

― Ладно, − рыкнула она, а в следующую секунду я упала на дорогущие старинные часы.

Бок пронзила дикая боль. На весь зал раздался грохот, сопровождающийся моими стонами. Я не сразу поняла, что произошло, а когда немного смогла прийти в себя, увидела разрушенные часы, поверх которых, собственно, я и лежала.

Вот это я попала…

Где же была чертова охрана в это время?

Открыла глаза и поняла, что на меня со злостью смотрит Ивар. Он был буквально в гневе, и его плотно сжатые губы не обещали мне ничего хорошего. Уверена, мужчина меня в порошок сотрет.

Мне бы встать и хоть что−то произнести в свое оправдание, но тело так сильно болело, что я пальцем пошевелить не могла. Думаю, это просто шок.

Якубин подошел ко мне ближе и, присев рядом, пальцами убрал с лица пряди волос. Я на миг прикрыла глаза наслаждаясь его мнимой нежностью, которая длилась буквально несколько секунд. До того момента, как он вынес мой приговор.

― Девочки, ты хоть понимаешь на какие бабки влетела?

― У меня есть немного сбережений, − прохрипела я, понимая, что говорить тоже удается с трудом.

― Полмиллиона, − прорычал он.

― Чего? – с неуверенностью спросила я, понимая, что меня это не спасет.

― Долларов. Полмиллиона долларов. Ровно столько стоит моя семейная реликвия. А теперь и твоя свобода.

Его слова не то чтобы повергли меня в шок, они просто меня убили. Он назвал сумму, которую я даже в интернете никогда не видела. Это же сколько получается на наши? Миллионов десять? Да я даже этого не знаю! Господи, за что мне это?

― Поднимайся, у нас будет серьезный разговор.

― Ивар, я не могу встать.

― Черт!

― Ивар Викторович, простите за этот нелепый случай. Девушка обязательно все возместит, − тут же засуетился организатор аукциона, недовольно сверкая в меня взглядом.

― Я сам все решу. Вы бы лучше охрану подбирали нормальную! – рявкнул Якубин и, подхватив меня на руки, понес из зала к выходу. ― Кино закончилось, расступитесь.

Вот такого Ивара я боялась. Он был грубый и жесткий, и иногда казалось, что вот еще чуть−чуть, и он разозлится не на шутку. Такой мог прихлопнуть рукой на раз.

Хмурый, сердитый, но до чего же все−таки красивый. Да, этот вывод я сделала не из−за удара головой. Я давно считаю, что Ивар очень красивый мужчина, к которому меня тянет не на шутку. Но вот говорить ему об этом я не собиралась. Это было бы моей самой большой ошибкой. Хотя как знать, может, то, что я рухнула на его часы в полмиллиона долларов, и есть моей ошибкой. Ведь теперь я понятия не имела, как мне выбираться из долговой ямы, размер которой я даже боялась представить.

― Я не знаю, зачем Алла меня толкнула, − прохрипела я взволнованным голосом.

― Хочешь сказать, что не сама?

― Я, по−твоему, похожа на идиотку?

Ивар посмотрел на меня хмурым взглядом и, остановившись у машины, дождался, когда водитель откроет дверь.

― Честно говоря, немного похожа. Ты раздолбала часы за бешеные бабки.

― Я понимаю. Как и то, что мне предстоит их отработать.

― За жизнь успеешь?

От его слов мне стало не по себе. Мурашки по телу побежали, и я поежилась, понимая, что он не шутит. Да уж, какие тут шутки могут быть, когда ты встряла на кругленькую сумму.

― Твоя подруга ответит за то, что сделала, но и ты тоже влипла по полной.

Я сглотнула от его грубого голоса и на миг прикрыла глаза.

Ивар усадил меня в авто на заднее сидение и сам разместился рядом со мной. Сначала его близкое присутствие меня напрягало, а потом я не заметила, как начала засыпать.

Проснулась от легкого прикосновения пальцев к щеке. Открыла глаза и замерла, поняв, что головой улеглась на плечо Якубина. Вот это меня угораздило.

― Прости, − резко отодвинулась от него и зашипела.

В боку прострелило болью. Я поморщилась и вся сжалась.

― Болит? – рыкнул мужчина, а я медленно кивнула.

― Куда ты меня привез?

― В клинику. Обследоваться надо. Может, что сломала.

Водитель снова открыл для нас двери, а Ивар помог мне выбраться из машины, и тут же подхватил на руки. Его забота меня удивляла. Казалось бы, он должен меня убить за то, что я натворила, а он еще и в клинику меня привез.

― Мне еще только «поломок» не хватало.

― Шутишь, уже хорошо.

Оказавшись в кабинете врача, Ивар уложил меня на кушетку. Он до сих пор выглядел хмурым, но и радости от него я точно не ждала. Главное, чтобы совсем не разгневался.

― Осмотрите ее на наличие ушибов. Девочка нежная, но непослушная. Не может сидеть на одном месте, − сообщил он доктору, а мне так и хотелось закатить глаза. Что он такое говорит?

― Что произошло?

― Упала на деревянные часы. Ушиблась, кажется.

― Вы присаживайтесь, Ивар Викторович, сейчас я осмотрю пациентку.

Якубин присел на стул с противоположной от меня стороны, а доктор, подойдя ближе, улыбнулся.

― Раздевайтесь.

― Что? Ааа…

― Мне нужно осмотреть ваше тело на ушибы. Снимайте блузку.

― Я не буду раздеваться при мужчине. Точнее… пусть Ивар выйдет.

Услышала хмыканье, и тут же прозвучал приказной тон мужчины.

― Я выходить не буду. Быстро разделась и дала возможность осмотреть тебя. Я долго ждать не буду!

Сейчас спорить не было смысла. Я видела, что он зол, и ничем хорошим мои возражения закончиться не могут.

Выдохнув, снова ощутила боль в ребрах. Медленно поднялась и, отвернувшись от Якубина, сняла с себя блузу.

― Надеюсь, лифчик снимать не надо? – произнесла язвительным тоном, злясь на него за то, что я должна при нем оголяться.

― Скажу ― снимешь!

На эти слова я отвечать не стала. Позволила доктору осмотреть себя, ощупать. Позже мне сделали рентген, где и подтвердилась трещина в ребре. Ну вообще прекрасно! Мало мне долга в полмиллиона, так еще и лечиться надо! Так мало того, после этого меня повели еще на компьютерную томографию, и тут я полностью осела. Еще и за это с меня спросят.

Блин!

― Я могу забрать ее домой? – спросил Ивар, когда я полностью оделась и не чувствовала себя как проститутка, которую выбирают мужики.

― Можете, Ивар Викторович, но девушке понадобится должный уход.

― Обеспечу.

― Вот тут я прописал все необходимое. Повезло, что трещина небольшая и повязка не нужна. Но напрягаться точно не стоит. И недели две никакого секса.

Боже, от этих слов я покраснела. Нашел кому говорить! Это же касается только меня! При чем тут Ивар и моя половая жизнь?

― Оплату пришлю на Ваш счет.

Ивар подхватил меня на руки и понес обратно в машину. По дороге заехал в аптеку и накупил кучу лекарств для моей персоны. Нет, то, что он всегда был заботлив, это я знаю, но чтобы вот настолько… на руках, в машине… у него железные нервы.

― Ивар, а мы куда едем? – поинтересовалась я, заметив за окном незнакомый пейзаж.

― Мы едем в мой загородный дом. Тебе сейчас нужен свежий воздух.

― Но у меня работа!

― Ты еще не поняла, что я тебе запретил работать? Или забыла, что у тебя треснуло ребро из−за твоей же работы и чокнутой подруги? Разговор окончен! Ты будешь жить за городом. По крайне мере сейчас!

Его тон был слишком резок. Я понимала, что все это заслужила, но мне вдруг стало так обидно, что я не сдержалась и заплакала. По щекам покатились слезы. Ничего, я сильная девочка, справлюсь как−нибудь.

Справилась, даже когда душ принимала и морщилась от боли, справилась, вытираясь и одевая на себя халат. А звать грубияна на помощь уж точно не собиралась. Он и так увидел слишком много.

Завязывая халат, обратила внимание на красный след в области ушиба. Завтра точно будет синяк. У меня вообще очень нежная кожа и слишком быстро появляются синяки.

Выйдя из ванной комнаты, поймала на себе все тот же нахмуренный взгляд. Ивар поднялся с дивана и, обойдя меня, грубо произнес:

― За мной!

Я даже подпрыгнула на месте и, развернувшись, пошагала за мужчиной. Он привел меня в свободную комнату с уже расправленной кроватью.

― Ложись отдыхай. Утром будет медсестра.

― Послушай…

―Считаю до трех. Раз…

Я вздохнула и медленно прошла к кровати. Спорить с ним сил уже не было. Хотелось отдохнуть. Я улеглась на мягкую кровать и тут же прикрылась одеялом, прячась от него как можно сильнее. Мало ли что он надумал. Хотя доктор же сказал…

― Сейчас принесу обезболивающее.

― Ивар? – позвала я, когда он собирался выйти из комнаты. ― Чего тебе от меня нужно?― Ты уже решила, как будешь рассчитываться за разбитые часы? – неожиданно для меня поинтересовался он. Я думала, снова станет рычать.

Якубин посмотрел на меня разъяренным взглядом, отчего я вся сжалась и от страха прикусила губу. Не нравилось мне видеть его гнев. Я и так не могу привыкнуть, что в нем больше нет того доброго приветливого дяди, а тут еще его территория и моя вина.― У меня нет таких денег. Ты же знаешь, − произнесла дрожащим голосом, понимая, что он воспримет мой страх не больше, чем попытку надавить на жалость.― Должность официантки не позволила заработать хорошо?― Ивар, моя должность тебя волновать не должна...― Ошибаешься, девочка, − прошипел он, и, вернувшись, присел возле меня на кровать, ― теперь меня волнует все, что касается тебя.― Чего ты хочешь?― Тебя! В роли моей любовницы.― Что? – ошарашено уточнила я, подумав, что мне послышалось.

― Такова цена расплаты...