Что-то резко заставило ее вынырнуть из сна, широко распахнув глаза. Какое-то чувство тревоги, что не отпускало, сосредотачиваясь внутри тела в тугой и горький комок.

Лина поднесла ладонь к груди, сжимая ночную сорочку.

Что это?

Она почувствовала выброс магии. Ужасающе мощный выброс. Будто сразу вся королевская семья решила воспользоваться сильнейшим заклинанием, объединяя свое могущество.

Девушка откинула одеяло, которое стало вдруг душить, да спустила ноги на прохладный пол.

Ей нужен воздух.

Пару шагов до высокого окна, открыть ставни… и замереть.

Потому что над Сулеимом, этим вечно летним и жарким островом даже зимой, вдруг пошел снег. Впервые за всю историю сотворения.

Лина несколько раз моргнула, но видение не исчезало. На протянутую ладонь упала снежинка, что растаяла от тепла демонического тела, дополнительно подсказывая, что снежное марево впереди – не мираж.

Быстро вернувшись в комнату и набросив на себя первую попавшуюся одежду, адептка выбежала на улицу, подставляя лицо прохладе ветра и зачаровывающему падению белоснежных хлопьев с темного неба .

Тишину ночи не прерывали ни крики птиц, не рычание животных из ангара, словно все решили отдать должное таинству момента. Возможно, из-за этого Лина и вздрогнула, когда знакомый голос окликнул ее по имени.

Девушка резко обернулась.

- Профессор Айнелиас?

Брюнет смотрел на нее с тропинки, которая располагалась чуть в стороне от общежитий. Сбросив первое оцепенение, он подошел, быстро оценив ее неподобающий для прогулок под снегом вид. И действительно, Лина как-то не подумала, что может замерзнуть, поверх ночной сорочки натянула всего лишь длинный свитер, оставив ноги обнаженными от бедер.

- Гхм. Не хочешь ничего мне сказать?

«Ты». Он вновь обращался к ней на «ты». Каждый раз, когда никого не было по близости, Персиваль откидывал условности.

Но почему?

И… тот поцелуй. Поцелуй, который он навязал неделю назад.

Почему преподаватель целует свою студентку? Разве имеет на это право?

Отчего же она не помнит момента, когда давала повод переступать непозволительную черту?

Впрочем, если вспомнить ощущения, да и прибавить то, что она ответила на ласку… интуитивно, совершенно не задумываясь над тем, что делает, выходило, что не только профессор Айнелиас виноват. На ней также лежит вина.

Это гложило ее все семь дней, пока девушка приходила в себя. И именно чувство вины заставляло каждый раз избегать встреч с ним. С этим сероглазым демоном, укравшим ее сон.

В конце-концов, неужели он не знает, что они с Коулом пара?! Сам же видел, как они обменивались знаками внимания все в том же целительском крыле! И сразу же отчитал феникса за непристойное поведение.

Не иначе как для того, чтобы занять его место, стоило только старшекурснику скрыться за дверью. Разумеется.

Повод, из-за которого ее пригвоздило к койке под присмотром мадам Суарсы, казался смехотворным. По словам Коула, Лина просто перестаралась на экзамене по Боевой магии и отключилась. Но как же нужно было повредить голову, чтобы не помнить всего, что было до пробуждения в светлом помещении бокса?

Но у нее не было причин не верить тому, кто с таким беспокойством всматривался в ее глаза, пытаясь найти там наверняка признаки узнавания... и не находя.

Ко всему прочему, из-за своего ранения Лина практически опозорилась перед лордом острова, на котором проходила обучение. Ведь Коул сказал, что на этой неделе они должны были придти к его отцу на обед, во дворец. А тут такой конфуз! Аудиенцию пришлось перенести, более того, лорд Эйарад через сына передал ей корзину с фруктами и пожелания скорейшего выздоровления. Приятный и смущающий одновременно момент. Неужели она достойна того, чтобы за ней ухаживал наследный лорд тропического острова, размером с крупнейшее государство материковой части Ингиака?

Даже если так. Пусть так. Но как к ней относится профессор?

Из почерпнутой беседы Лина поняла, что Персиваль также является ее наставником, не просто преподавателем, которых в Академии десятки. Он являлся учителем, который должен показать, как правильно подготовить себя к управлению дикими пантерами, что ждали в загоне и готовы были растерзать любого любопытствующего, кто пересечет незримую черту. Из-за более высокого статуса они перешли на «ты»? Из-за доверительности отношений?..

И все же его поведение в лекарском крыле далеко не напоминало поведение двух «коллег», он показал, что заинтересован в ней, как мужчина.

И ведь ей придется оставаться с Персивалем наедине! Из-за кураторства. И кошек.

Почему она выбрала «дипломной работой» именно этих крилов? Сразу двух самок, от одного вида которых у нормального студента дрожали колени? Не могла, что ли, указать на кого-то более мирного, с которым справилась бы без посторонней помощи?

Также провал в памяти. Ничего. Словно пустой лист.

- Ты вновь игнорируешь правила Академии, Лина. Комендантский час никто не отменял. До начала занятий еще четыре часа… и что же я вижу? Ты решила потренироваться? В таком случае, могла бы не забыть про теплые брюки, к примеру, – его взгляд скользнул к ее коленям.

Адептка Дестеэль попыталась натянуть свитер пониже.

- Я только что вышла… не думала, что встречу кого-то… так поздно.

Он сверлил ее взглядом, после чего, вздохнув, взмахнул рукой, создавая вокруг нее теплый кокон… и иллюзию мантии, что обвила ее фигуру, скрывая обнаженные участки кожи.

- Почему снег?

И это он ее спрашивает?!

- Зима?..

Персиваль фыркнул.

- У тебя хорошее чувство юмора. Вот только не думал, что решишься на подобную выходку. Да с таким выбросом Энергии. Мне казалось, ты хочешь оставаться неузнанной.

Неужели он решил, что изменение погоды – ее рук дело?

- Вы меня не правильно поняли! Я всего лишь вышла на улицу, когда снег уже шел. Я здесь не при чем.

Айнелиас нахмурился, недоверчиво посмотрев по сторонам.

- Такой мощи заклинание не под силу обычному студенту. Да и преподавателю.

- Тогда тем более, Вы понимаете, что я не могла сотворить подобное.

- Что за игру ты ведешь? – резкий перепад интонации, и сведенные вместе брови.

Лина недоумевающе склонила голову.

- Ты сторонишься меня?..

- Н-нет, – девушка не выдержала, и первой отвела взор.

- Да? А мне казалось, что после ранения ты начала меня избегать.

- Вам показалось.

- Лина, посмотри на меня, пожалуйста.

Она подчинилась, и Персиваль сделал шаг вперед, сокращая расстояние между ними до вытянутой руки.

- Скажи мне, что я сделал не так? Ты ведь наказываешь меня за что-то. Я чувствую это. Я был слишком напорист, и тебе это не понравилось?

Почему их разговор перешел с погоды на столь пикантные темы? Ведь Лина прекрасно поняла, о чем он вопрошает.

- Я… – ее щеки заалели. – Мы ведь с Коулом встречаемся, я считаю, что это неправильно, поощрять другого мужчину, когда место рядом уже занято.

Брюнет прищурился, словно пытался найти в ее словах опровержение сказанного.

- Если я тебя чем-то обидел, прощу прощения. Но не стоит прикрываться несуществующими отношениями только для того, чтобы позлить меня. Или заставить ревновать.

- Ревновать?! – ее глаза расширились, а Айнелиас стиснул зубы.

- Другого объяснения я найти не могу. Это внезапное и показное выступление в подведомственном геуне Суарсе помещении – не более, чем инсценировка. Если ты хотела меня проучить, изволь, я прочувствовал все достаточно ярко. И твое бегство от моего общества также позволило все обдумать.

- О чем Вы?

- Я не отступлюсь от тебя, Лина. Просто знай это. И кто бы не стоял у меня на пути, будь то Коул, Илай, да хоть бефар, не важно! Меня не волнует, через что и кого придется пройти, чтобы доказать и показать тебе очевидное: место рядом с тобой – мое.

Они с минуту смотрели друг другу в глаза, пока сердце выбивало бешеный ритм, а зрачки не желали уменьшаться.

- Сладких снов, адептка Дестеэль, не смею более задерживать.

Он дождался, пока она на негнущихся ногах развернется и проследует ко входу в общежитие, хоть где-то благоразумно уступая.

Не хватало только, чтобы кто-то заметил их двоих ночью под окнами девичьей спальни, да в фонившем Высшей магии пространстве.

Этот снег – не просто природное явление. Оно вызвано колебанием магического поля на тонком уровне. И способности к влиянию на столь сложные материи есть лишь у единиц. Одна из них – наследная принцесса Аминса, что почему-то стала себя странно вести после испытания у Падроука.

Однако Персиваль выяснит, что случилось с Миллинарской Эллонской, и почему она делает вид, что между ними ничего быть не должно.

***

Кассандра сдержала свое слово. Она помогла ей выбраться с материка, обустроив отъезд беглого артефактора из порта Аминса на судне, принадлежащем семье Танасори. Его не стали осматривать, хотя Луреисса заметила, как по порту бегали слуги Первого Советника, отсвечивая бордовой униформой. Они уже тогда искали ее. Фредон и Авери наверняка смогли распознать следы присутствия женщины на территории Риштиха, и разослали своим ребятам ориентировку.

Однако Фроуз отплыла из Аминса, после поменяв корабль прямо в море. Без захода на Деорет или Беарон. Шикарный ход. Ведь на островах одинокую спутницу могли приметить, запомнить, да и доложить по Кристаллу в столицу. Но Кассандра предусмотрела все. Подкуп команды, сложный маневр с передвижением на воде, и легкий переход на торговое судно, которое не мыслило ничего в том, чтобы с подозрением отнестись к преподавателю, возвращающемуся после длительного отпуска на свое рабочее место.

В стратегии дочери было не отказать. Кассандра стала лучшей ученицей дома Танасори. Если не считать киоссу Араи. Но для королевского рода можно сделать исключение, все же могущество позволяло обойти наставников.

Пока все шло гладко.

Ей удалось пробраться на территорию, которая была под протекцией Фредона, совершить сложный ритуал, и вернуть свои Силы. Единственным промахом стала потеря фамильной драгоценности киоссы Каларики, но перстень намертво вмуровался в камень, и времени, чтобы достать его, не хватало.

Фроуз думала, что выжала из драгоценности все, оставив пустышку. Но то, что начало твориться на небосводе, стоило лишь кораблю приблизиться к острову, тонко отзывающемуся на любое магическое воздействие, насторожило.

Луреисса сильнее сжала перила, всматриваясь в хмурое небо. Его с каждой минутой заволакивало все больше, образуя тяжелые, серые тучи, обещая обрушиться на море и виднеющейся вдалеке остров если не ливнем, то градом.

И она практически угадала, первая снежинка коснулась ее щеки, стоило лишь кораблю причалить в порте Сулеима, бросив якорь.

Снег. Снег на жарком острове, окруженным защитным куполом!

Артефакты, которые она неизменно носила с собой, отозвались слабой дрожью. Они также почувствовали в атмосфере магию. Не могли не почувствовать.

Ведь то, что происходило сейчас над землей жаркого климата, случилось из-за нее. Луреиссы Фроуз.

Она привезла на этот остров отголосок Силы. Той, что не должно было быть.

Сходила на берег женщина торопливо, даже не пытаясь создать вокруг своей фигуры защитного контура. Вдруг остаточный след древнего кургана остался на ее «игрушках», и вступит в связь с этим снегом явно магического происхождения?

Не стоит рисковать.

Но то, что над островом, на котором никогда за всю историю его существования не шли белоснежные хлопья, говорило об одном: ее путешествие в Риштих и использование перстня Высшего демона возле старинной арки с высеченной на ней мертвым языком символами, дало побочный результат.

Кажется, Луреисса собственными руками приблизила пророчество о конце света.

***

Старые Боги покинули Ингиак несколько тысячелетий назад, им на смену пришел Гисхильдис. Единый Бог…

До сегодняшнего дня сохранилось несколько теорий смены власти на небосводе.

Вероятно, Старые Боги, которые властвовали над Ингиаком многие тысячелетия, уступили место приемнику, переключив внимание на другие, неизведанные для нашего взора миры. Все же постоянно, ежеминутно и ежесекундно отвечать на молитвы верующих, поддерживать порядок на огромных территориях, да отзываться на призывы при бедствиях – тяжелая работа. Пусть Боги не имеют слабостей как простые смертные, но даже им могут быть знакомы человеческие привычки. Может статься, что они решили взять перерыв в многовековой работе? И выбрали себе замену, молодого и подающего большие надежды Гисхильдиса, взращивая его и направляя на путь истинный. Разумеется, становление Единого Бога не могло проходить моментально, ему нужны были мудрые наставники, которые подсказали бы на первых порах, что и как следует делать. Поэтому Семеро, каждый из них, будь то Бог войны или Бог быта, мог посодействовать в воспитании и «вылеплении» из Гисхильдиса истинного продолжателя их профессии.

Отсюда имеем две главенствующие ветви предположений. Во-первых: теория перемещения Старых Богов в другие миры, их покидание Ингиака вследствие невидимых смертным причин.

Во-вторых, причиной ухода Семерки из Ингиака может статься желание Богов привести другой мир в подобие порядка, который они смогли сотворить в Ингиаке. Ведь смысл существования того или иного Бога – процветание заведенных ими порядка на той или иной территоррии. Ингиак в этом плане работал, как отлаженный организм. Как пример можем взять часы – отрегулированные, смазанные, с замененными шестеренками и не нуждающиеся в подкрутке какое-то время. Возможно, именно высчитав необходимое для невмешательства в судьбу «часов» время, Семеро решили потесниться, предоставив новичку возможность испробовать свои силы. Зная при этом, что машина продолжит работать и без них.

Самым страшным аспектом Древнейшей истории была находка свитков, коих насчитывалось единицы, хоть те и были собраны со всего Ингиака. В них была описана легенда о возвращении Семерых… и ни одного слова о судьбе нынешнего Единого Бога.

Те, кто умеют расшифровывать подобные летописи, настаивают, что возвращение Старых Богов не за горами.

А что для нас будет означать приход Старых Богов?.. Гисхильдис станет восьмым?.. Или… разразится война?

Лина проснулась с трелью Кристалла, оповещающего о начале нового дня.

Сон, который мало был похож на сон, запомнился каждым словом и каждой тревожной мыслью, въедаясь в ее существо.

Старые Боги. Пророчество. И магическая вспышка небывалой силы этой ночью.

Не могут ли они быть связаны?..