((В книге присутствует жёсткое психологическое насилие!)

Меня пожирает огромная змея. Сначала ноги, затем выше, заглатывает по пояс, а я, парализованная не то страхом, не то ядом, просто молча наблюдаю за этим и ничего не могу сделать. Никак не могу остановить это, и только смотрю, как медленно поглощает меня чудовище, пядь за пядью. Жду финала, когда тьма сомкнётся надо мной, закрыв клыкастую пасть, а сама чувствую обнажённой кожей склизкие мягкие удушающие внутренности, из которых не вырваться. Мне конец.

Я снова видела этот сон. Каждую ночь, уже семь лет с тех пор, как достигла совершеннолетия, он преследовал меня. Этот глухой кошмар, от которого я не могла избавиться ни таблетками, ни терапией, ни бесконечными переработками, когда приходишь домой и просто валишься с ног, мечтая не видеть снов.

Иногда казалось, что это просто бред, обычная фиксация на образе из кино или картинки в сети, которые напугали в юности. Иногда, что это неосознанный перенос, и психолог права — змеи тут совсем ни причём. А иногда я просыпалась с чётким ощущением, что это всё взаправду. Что это где-то происходит со мной. Может, в параллельной вселенной? А может, это предсказание?

Но годы шли, в жизни случались вполне реальные страшные вещи. А у кого не случаются? Но с этими снами всё оставалось по-прежнему.

Впрочем, я давно смирилась и научилась с этим жить.

— Мне, пожалуйста, латте с собой, — попросила я и огляделась.

Я переехала в этот район Москвы в прошлом году. Уже обвыклась, и кассиры меня знали. Меня успокаивала такая стабильность. В отличие, от той, что была во снах.

Этой ночью мне кошмар снился всего чуть-чуть, и удалось отдохнуть перед новым рабочим днём. В конце концов, сегодня наш филиал ждали изменения, я по этому поводу даже оделась не в привычном гиковском стиле, который позволяли носить сотрудникам, не работающим с клиентами напрямую, а натянула платье. Хотя, дело не только в этом. На дворе царила поздняя весна, и надеть свободную юбку до колена казалось необходимым. И проветриться, и почувствовать себя красивой. Я так давно не чувствовала себя красивой! Привыкла бояться, вечно оглядываться, и почти забыла как это приятно…

Забрала кофе и направилась лёгким шагом в сторону метро. Сейчас допью возле клумбы, выкину стаканчик и до вечера забуду о золотых змеиных глазах, которые так и стояли перед внутренним взглядом, парализуя и лишая воли. Страшных глазах, власти над которыми у меня не было, сколько бы сеансов у психолога не осталось позади.

Метро встретило обычной суетой, я влезла в почти полный вагон, протиснулась к стеночке и сдержала зевок. Ну вот, теперь полчаса до центра, и будет пора за работу.

В целом, я её любила. Место безопасное, коллектив надёжный, должность интересная, зарплата достойная, а начальник адекватный — большая редкость в современном мире, тем более в его возрасте. Был. А вот кого поставят на его место — другой вопрос. «Лишь бы увольняться не пришлось», — подумала я и скрестила пальцы. Это была моя первая работа в Москве, где я так долго задержалась, и терять её мне категорически не хотелось. Уж не с моими… «повышенными требованиями».

Двери открылись, запуская новых пассажиров, народ пришёл в движение, и меня прижали лицом к стене. Что уж поделать, в это время на нашей ветке всегда так. Народу же надо на работу? Надо. Вот и напихиваемся в вагоны — в тесноте, да не в обиде. И всё бы ничего, я привычная, но, едва состав тронулся, ощутила на загривке чьё-то дыхание. Не просто, а какое-то заинтересованное, неделикатное. Попыталась повернуться, чтобы сбоку в отражении стекла выяснить, кто это за мной стоит такой нахальный, но положение не позволило — иначе пришлось бы стукнуть незнакомца затылком. Быть невежливой я точно не хотела — всё же утро, все сонные, может, человеку самому так себе, и он просто не заметил, что нарушил моё личное пространство? О каком личном пространстве вообще может идти речь в такой толчее?

«Ладно, потерплю», — подавив приступ недовольства, решила я и уставилась в стену, стараясь думать о работе. Но перед глазами совершенно неожиданно вдруг снова встала уже потускневшая картина сна. Встрепенулся навязчивый страх, который я привыкла давить в себе с тех пор, как впервые встретилась с золотыми змеиными глазами. Почему сейчас? Что это? Рецидив? Меня снова уносит? Но панических приступов ведь уже давно не было, я думала — вышла в стабильную крепкую ремиссию.

Как ни пыталась успокоиться, но прошиб холодный пот. Этот сжимающий ужас, невозможность сбежать, вырваться — всё это отдавалось слишком живо из-за придавившей меня толпы.

— Так, это не дело, ещё не хватало мне прямо тут паничку поймать! — одними губами прошептала я и зажмурилась.

Дышала пару минут, почти справилась с собой и завела привычную мантру, которую разработала с психологом, но незнакомец за мной, будто почувствовав моё состояние, когда я не могла дать отпор, придвинул лицо так, что губы оказались напротив моего уха, и жарко выдохнул, огрев висок. Бедро сжала широкая ладонь, и я даже через платье ощутила, какая она жаркая и потная.

«Так, у нас тут прижимальщик!» — поняла я, наконец выныривая из состояния ужаса в неприязненную гадливость. Попробовала было рвануться, чтобы, как учили, посмотреть ему в лицо — эти извращенцы не переносят нарушение анонимности. Но не смогла и двинуться, потому что мужик за мной оказался быстрее, и, предвосхищая сопротивление, навалился всем весом, а голову, чтобы не повернулась, прижал к стене и придавил щекой и плечом с двух сторон сзади. Я осознала, что за мной кто-то незнакомый. Кто-то очень здоровый и сильный. Значительно выше меня и шире. А живот плоский, твёрдый. Обычно прижимальщики больше жирненькие, с пузиком. Из-за таких вот девчонки и одеваются, как я обычно, во что попроще, чтобы не зарились на попку в юбке. А я сегодня… Сама виновата. Но ситуация оказалась куда более неприятной, чем могла бы быть, потому что мужик вжал напряжённый пах и стал задирать мне юбку пальцами.

Затих, когда вагон остановился, впуская новых пассажиров из тех, кто осмелился пытаться втиснуться, но прижал меня грудью к стене сильнее, напряжённо дыша в ухо и щекой не давая повернуть голову.

— Я сейчас закричу, — громко и чётко произнесла я, но гад даже не двинулся. А через секунду дыхание стало влажным, и он вязко ляпнул шершавым горячим языком мне в ухо и провёл до виска.

Я хотела, честно хотела закричать. Заверещать на весь вагон! Да прямо рядом со мной люди, я же в долбанной толпе, естественно надо кричать! Или хотя бы громко попросить о помощи, этого достаточно.

Но именно сейчас, в этот миг мне снова сорвало крышу и страх вернулся весь, будто реальность оказалась ложью, и я всё ещё сплю. Сплю и не могу вздохнуть от кошмара. Даже всхлипнуть! Та же беспомощность, та же сила, с которой мне не справиться, та же обречённость перед огромной тварью, которая сожрёт меня, что бы я ни делала…

Похоже, мерзавец понял, что я сдалась, и, едва поезд опять застучал колёсами, снова потянул юбку наверх, пробираясь пальцами под неё.

«Так, это не со мной, это не со мной!» — думала я, но в мыслях всё равно стояли золотые безразличные змеиные глаза с вертикальными зрачками и лишали последней воли. «Надо было всё-таки пойти на терапию к тому новому доктору, — всхлипнула я, чувствуя, как пальцы под юбкой огладили ягодицу, а после переместились на живот и нащупали край трусиков. — Ну и пусть, что дорого, зато, может, хоть он бы смог помочь! Брала бы продукты попроще. Капуста, вон — отличный овощ! Её и в салат, и потушить можно. Но тогда бы хоть что-то смогла сделать в такой ситуации!» Все эти мысли фоном шли где-то там, будто издеваясь, а сама я, как кролик, стояла парализованная и придушенная жарким мужским телом, и никак не могла избавиться от навязчивого ужаса, который столько лет портил мне жизнь.

Чужая потная лапа залезла под трусики, погладила лобок, а в зад снова вжались мужские бёдра. Я половинками ощутила, какой там за ширинкой дубовый стояк, и постаралась всеми силами взять себя в руки. Я должна его оттолкнуть, должна! Или хотя бы как-то пошевелиться, чтобы сбросить оцепенение! Но не вышло, а нахал, который даже уже почти не держал мою голову, наслаждаясь своей властью, внезапно остановился. Вынул руку, прижал меня грудью сильней, вторя инерции набиравшего скорость поезда, затем извернулся как-то, шорхнув рукавом мне по плечу, и я услышала над ухом склизкий звук, будто он облизывал пальцы.

«Твою ж мать», — выругалась про себя я, когда он снова двинул локтем, просовываясь назад, и в трусики полезла его наглая лапа. А в следующую секунду мне прямо на клитеральный капюшон легли скользкие, мокрые прохладные пальцы, и мужик стал размазывать свою слюну мне по вульве, залезая между губок так, чтобы испачкать поглубже. Дыхание на ухо стало жарче, а бёдра начали вжиматься в меня ритмично, потираясь.

«Если я сейчас не возьму себя в руки, он сделает это со мной!» — пронеслось в мыслях, но вместо того, чтобы собраться с силами, кошмар сковал сильней, и я просто терпела и ждала, когда мужик кончит. Просто стояла и покорно давала делать это с собой, будто так и надо. Меня практически насиловал какой-то гад прямо в толпе людей! Какая же дикость! И никто даже не посмотрел на нас. Все спешат на работу, все в телефонах, все в делах и суете, никому нет дела.

Член между моих половинок напрягся, жаркое дыхание стало громче, затем мужик, вторя вою тормозов поезда, который скоро должен был подъехать к станции, низко застонал, перебирая мои складочки слюнявыми пальцами, а после резко вжался, и я почувствовала, как у него в штанах пульсирует.

«Тварь! — с ненавистью подумала я и с мрачным торжеством мысленно прибавила: — Наделал себе в штаны, мудак! Будешь ходить теперь обкончанный! Скотина!»

На ухо раздался удовлетворённый стон, затем шумный выдох, и мужик снова облизал меня, заставив шею покрыться мурашками. Пальцы выпустили и убрались из трусиков. Гад зашурудил рукой, похоже, спешно оправляя хозяйство в трусах, чтобы успеть до остановки поезда, но продолжал прижимать меня к стене грудью. А после наглая рука вдруг вернулась мне под юбку, скрюченные пальцы пролезли под резинку, и что-то скользкое коснулось половых губ. Вот тут я наконец дёрнулась, но измазанные склизким и тёплым пальцы вжались сильнее. Что это? Что этот мудак делает со мной?! Впрочем, даже в таком состоянии я понимала, что происходит. Похоже, этот извращенец собрал свою кончу и теперь всовывает в меня, вымазывает в ней, чтобы ещё сильней меня унизить.

Вязкая жидкость пачкала меня, скользкие пальцы упруго попадали между складочек и залезали глубже внутрь, а я наконец опомнилась и начала вырываться, но это лишь раззадорило мудака, который вжал руку сильней, проникнув парой фаланг мне во влагалище, и снова мокро облизал мне ухо.

— Вот так, вот так, вкусненько тебе? — зашептал он низким голосом. — Хочу, чтобы ты чувствовала меня в себе. Подарочек, да…

Вжался пахом ещё, а после вытащил руку и резко отстранился. Мокрую испачканную промежность овеяло холодком. Вагон как раз в этот же момент качнуло, двери распахнулись, и толпа пришла в движение. Я опомнилась и извернулась, чтобы найти взглядом эту тварь, но опоздала — никого, кто бы подошёл по характеристикам. Просто притиснул, сделал, что хотел, использовал, всунул свои пальцы мерзкие, перемазал в сперме и исчез безнаказанным. Тварь конченная!

Всхлипнула и развернулась спиной к стене, прижав к груди сумку и чувствуя, как душат слёзы. Двери вагона закрылись, и состав поехал. А я каким-то чудом будто по наитию успела увидеть на удаляющейся платформе фигуру высокого мужчины.

И глаза у него светились золотом.

-

Внимание! В этой книге герой не такой, как обычно! Он жуткий и неприятный тип, который делает чудовищно гнусные вещи! Тут прям жесть, мрак и грязь. Жёсткое психологическое насилие! Ваши нервы будут многократно провёрнуты в фарш, прежде чем вы получите ответы, что тут вообще происходит. Вы будете хотеть убить его мучительной смертью!

Пожалуйста, прошу, читайте, только если готовы довериться мне и пройти через долгий тяжёлый путь вместе с героиней.

И напоминаю: я пишу сказки!

В реальности подобное поведение со стороны мужчины — сигнал, что нужно срочно уносить ноги.Прям драпать! Прям валить в закат быстрее, чем понос! Такое допускать нельзя! Это не нормально!Хэппи-энда у таких отношений не будет!

А в книге будет. Приятного чтения.